В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
– Я всегда представлял тебя в цветах квадранта писцов, но черный тебе идет. О боги… – Он вздохнул. – Облегчение, которое я испытал, узнав, что ты пережила Молотьбу, просто не поддается описанию.
– Ты знал? – Мои глаза вспыхнули. Значит, у него есть глаза и уши в Басгиате.
– Знал. А потом Риорсон притащил сюда тебя на грани смерти. – Бреннан посмотрел в сторону и кашлянул, медленно втянул воздух, прежде чем продолжить: – Я безумно рад, что получилось тебя вылечить. Что ты выжила в первый год учебы.
Искреннее облегчение в его глазах чуть ослабило мой гнев.
– Мира помогла.
И это еще мягко сказано.
– С доспехом? – угадал Бреннан с первого раза.
Да уж, ему тоже есть за что похвалить мою легчайшую броню из драконьей чешуи под кожаным летным костюмом.
Я кивнула:
– Она сама его сделала. А еще передала твою книгу. Ну, ту, что ты для нее написал.
– Надеюсь, она тебе пригодилась.
Я мысленно оглянулась на ту наивную, одинокую девочку, которая прошла парапет, а после этого год пыталась выжить в горниле квадранта всадников.
– Очень пригодилась.
Улыбка Бреннана погасла, и он посмотрел в сторону окна:
– Как там Мира?
– Скажу по своему личному опыту: ей бы жилось гораздо лучше, если бы она знала, что ты жив."
"Не было смысла откладывать эти слова… это обвинение на потом. У нас и так слишком мало времени.
Бреннан вздрогнул:
– Наверное, я заслужил этот упрек.
Как я поняла, он ответил на незаданный вопрос. Знает ли Мира, что он жив? Не знает.
– Как именно тебе удалось выжить, Бреннан? – Я переступила с ноги на ногу и скрестила руки на груди. – Где Мабх? Что ты здесь делаешь? Почему не вернулся домой?
– Отвечу по порядку. – Бреннан поднял ладони, словно защищаясь от атаки, и на одной из них я заметила шрам в форме руны, прежде чем брат вновь вцепился в край стола. – Наолин… Он был…
Бреннан стиснул зубы, как будто запрещая себе говорить.
– Предыдущим всадником Тэйрна, – медленно продолжила я за него, размышляя, не был ли Наолин кем-то большим для Бреннана, нежели просто «еще один из всадников».
Тут мое сердце замерло.
«Мне жаль, что твой всадник умер, спасая моего брата».
«Мы не будем говорить о тех, кто был раньше». Голос Тэйрна прозвучал глухо и отстраненно.
Бреннан приподнял уголок рта.
– Я скучаю по Каори. Он хороший человек.
