В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
Там было полно несвязанных драконов, по всей видимости готовых защищать свои земли для гнездования. – Запомните свои секторы, потому что у вас не будет времени подглядывать в карту, когда вы окажетесь на месте. Если что-то появилось в вашем воздушном пространстве – убиваете. Если переходит в соседнее – пусть убивают соседи. Любой ценой держитесь своего сектора, иначе начнется неразбериха, а это неизбежно приведет к ослаблению отдельных секторов. Когда придут сообщения о потерях, вас перераспределят.
«Когда», а не «если».
Сектор за главным корпусом, где находился зал чар, остался ужасающе пустым, словно эту территорию уже сдали.
– Это неправильно, – прошептала я. – Мы должны защищать камень чар.
– Разбитый? – тихо спросил Сойер.
– Скажи им, – поддержала Рианнон.
– У тебя больше шансов озвучить вопрос и остаться в живых после этого, – пробормотал Ридок, ерзая на стуле.
Я кашлянула.
– Сдавать камень чар – ошибка.
Мать пронзила меня неодобрительным взглядом, температура в зале упала на несколько градусов.
– Почему только мои дочери не соблюдают субординацию?
– От мамы нахватались, – сухо съязвила Мира, заслужив смертоносный взгляд.
– Это ошибка, – не сдавалась я. – Мы не знаем, какая энергия осталась в камне, и расположен он в этом самом месте потому, что там, согласно Уоррику, самое сильное природное течение энергии.
– Хм. – Теперь на меня смотрела не мать. А генерал Сорренгейл. – Ваше мнение принято к сведению.
В груди забилась надежда.
– Значит, вы поставите туда отряд?
– Ни в коем случае.
По нашей с Ксейденом связи пронеслась волна тепла, но она нисколько не приглушила холод полученного отказа.
– Вы получили приказы на утро, – сказала мама. – Всадники, найдите свободные кровати и проспите сколько сможете. Большинство из тех, кто покинул Басгиат: ваши спальни не занимали, в большинстве не трогали постельные принадлежности.
Я взглянула на часы. Не было еще и восьми, а значит, я могла повторять свою мантру еще несколько часов. Сегодня я не умру.
Насчет завтра я не была так уверена.
