В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
Знают только старейшины. – Андарна опустила голову на пол передо мной. – Они его уважают. Он сильный, и преданный, и свирепый».
«Ты тоже. – Меня пошатывало от усилий, но я держалась – и поддерживала поток энергии в камень. – Ты могла бы не скрываться. Могла бы сказать мне»."
"«Если бы ты не догадалась, была бы недостойна знать, – фыркнула драконица. – Я ждала, когда вылуплюсь, шестьсот пятьдесят лет. Ждала твоего восемнадцатого лета, когда услышала речи старейшин о слабой дочери их генерала – девочке, назначенной стать главой писцов, – и уже тогда поняла.
«Ты не могла знать, что я стану всадницей».
«И все же мы здесь».
В голове пронеслась тысяча вопросов. Но времени не было ни на один, и я только дала ей то, чего хотела сама: признала той, кем она являлась на самом деле.
«Ты не черный дракон и вообще не из шести известных нам пород.
«Да».
Ее глаза распахнулись от восторга.
Я коротко вздохнула, чтобы успокоиться.
«Я хочу, чтобы ты рассказала мне все, но наши друзья умирают, поэтому мне нужно попросить тебя: ты дашь свое пламя камню?»
На лбу с ростом температуры выступил пот, и все же я вливала больше и больше энергии, рука все больше тряслась от усилия ее сдержать – течь струйкой, а не бить молнией.
«Поэтому меня оставили и так долго не трогали. – Андарна склонила голову в другую сторону.
– Рада тебя видеть, Кэм. Тебя искал отец, – услышала я голос матери с другой стороны камня.
– Я связанный всадник, – сухо отозвался Аарик. – Он ничего не сможет…
– Меня это не волнует. Камень держит энергию?
Мама? А ее какого Малека принесло?
«Улетай, – приказала я Андарне слабеющим голосом. – Я не доверю ей тебя».
– Держит, – ответил Бреннан.
Андарна заколебалась, но взлетела. Мои пальцы царапнули по камню, пока я медленно обходила его с другой стороны.
«Ты дошла до предела», – предупредил Тэйрн натянутым голосом.
«У меня нет выбора».
Шагая на подгибающихся ногах, я легонько потянулась к Ксейдену – не чтобы отвлечь, а только почувствовать… Но его щиты были подняты, полностью блокируя меня.
«Он сражается», – сказал Тэйрн, и на миг у меня перед глазами все потемнело, чтобы проясниться… уже на поле боя. Я смотрела его глазами, как в прошлом году – глазами Андарны.
