В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
– Нам? Нет никаких нас, – ответила она, едва избежав столкновения с пронесшимся мимо всадником, отчего у меня замерло сердце. Вчера мне, возможно, было бы все равно.
Сегодня ее кровь – моя кровь.
– Думаю, ты скоро поймешь, что это уже не так. – Я схватил ее за локоть, спасая от столкновения с очередным бегущим кадетом. Вот что значит беречь Вайоленс Сорренгейл, да? Она выйдет против трех вооруженных громил, чтобы защитить самого маленького дракона, но не будет следить за тем, куда ее, блядь, несет?
– Тэйрн образует сильную связь, как со своей парой, так и с всадником, поскольку он сам невообразимо силен.
– Взаимозависимы, я знаю, – огрызнулась она в ответ, сверкнув на меня гневными синими глазами, а затем оглядела садящихся тут и там драконов и бегающих вокруг них всадников.
Что, во имя Данн, со мной такое, что я замечаю подобное дерьмо?
«Ну и кто тут у нас испытывает слабость к малышам?» – ехидно спросила Сгаэль.
«Влечение и слабость не одно и то же.
И я уже разозлился на себя за первое. И уж точно не собирался скатываться ко второму.
– Связь с каждым новым всадником у дракона крепче предыдущей, а это значит, что, если ты умрешь, Вайоленс, это запустит цепь событий, которые потенциально могут закончиться тем, что я тоже умру. Так что, к сожалению для всех вовлеченных лиц, теперь существуем мы – если Эмпирей позволит Тэйрну сохранить его выбор.
Глаза Сорренгейл вспыхнули, а уголки губ поднялись в улыбке.
И я совершенно точно не собирался думать о ее рте, не тогда, когда у меня были более важные заботы, например, как сохранить ей жизнь. Не думал и о том, как лучше ее поцеловать. Или о том, как будет ощущаться ее идеальная попка в моих руках.
– И теперь, когда Тэйрн в игре и другие кадеты знают, что он готов к связи… – Боги, они придут за ней. На матах. В коридорах. В проклятой купальне, которую я не мог патрулировать. Я отвел взгляд и нарочито тяжело вздохнул, чтобы она это заметила.
– Вот почему Тэйрн сказал мне остаться с тобой, – прошептала она, словно наконец осознав всю серьезность нашего положения. – Из-за бездраконных.
– Они попытаются убить тебя в надежде, что удастся заставить Тэйрна связаться с кем-то из них.
В мою сторону направился Гаррик, и я покачал головой. Любые новости, которые у него появились после вчерашнего задания, могли подождать. Жизнь скоро станет бесконечно сложнее.
