Увидев входивших Сандокана и Янеса, она резко вскочила и уставилась на них с выражением ужаса на лице.
– Туги!.. Туги!.. – воскликнула она.
– Это наши друзья, госпожа, – сказал ей ласково маратх.
Она посмотрела на Каммамури несколько мгновений, потом снова упала в кресло и принялась обрывать лепестки.
– Наверное, крики на палубе очень взволновали бедняжку? – спросил Сандокан у маратха.
– Да, – ответил тот. – Она вскочила, вся дрожа, с криком: «Туги! Туги!..» Но потом слегка успокоилась.
– Береги ее, Каммамури.
– Я не оставляю ее ни на миг.
Янес и Сандокан снова поднялись на палубу. Именно в это мгновение вахтенные доложили, что на юге появилась красноватая точка, которая быстро приближается. Оба бросились на нос и, взяв подзорную трубу, по очереди навели ее в указанном направлении.
– Это, должно быть, фонарь на судне, – сказал португалец.
– Конечно. Это-то меня и беспокоит, – ответил Сандокан.
– Это судно может встретить шлюпки.
– Тысяча чертей!.. Только этого нам не хватало!..
– Не пугайся, Янес. У «Гельголанда» хорошие пушки. Но… эге, да это паровое судно. Видишь красноватую полоску, что поднимается к небу?
– Черт возьми! Ты прав!
– К орудиям, ребята! К орудиям! – загремел Тигр Малайзии.
– Что ты делаешь? – спросил Янес, хватая его за руку.
– Это канонерка, Янес.
– Та, что следила за нами.
– Мы отправим ее на дно.
– Но ты разве не видишь ее?
– Да, вижу, но если ты выстрелишь по ней, в Сараваке нас обстреляют. Если ты не потопишь ее с первого залпа, она ускользнет к этому проклятому Бруку и предупредит его.
– Спаси нас Аллах! – воскликнул Сандокан, сраженный этим аргументом.
– Будем тихонями, дружище, – сказал Янес.
– А если она встретит шлюпки?
– Это не так легко, Сандокан. Ночь темна, и шлюпки направились на запад, а она, если не ошибаюсь, плывет на север. В подобных обстоятельствах им встретиться нелегко. Ты что, не согласен?
– Да, но видеть эту проклятую канонерку…
– Успокойся, брат. Пускай плывет себе на север.
Канонерка, которая с таким упорством, хотя, может быть, и случайно, попадалась им на пути, была уже довольно близко. По правому и левому ее борту горели зеленый и красный фонари, а на верхушке фок-мачты – белый. На корме виден был рулевой, стоящий за штурвалом.
Она прошла вблизи «Гельголанда» и взяла курс на север, оставив за собой светящийся след.
В этот момент с моря как будто донесся голос:
– Эй, на канонерке!..
Услышав это, Сандокан бросился на квартердек, где, покуривая сигарету, стоял Янес.
– Ты слышал?.. – с беспокойством спросил он.
– Да, словно кто-то окликал канонерку.
– Может, это шлюпки? – задал вопрос Сандокан.
– В темноте ничего не видно.
– А ведь с моря кто-то кричал.
– Может, нам показалось?
– Сомневаюсь в этом, Янес.