Автор
В палате реанимации Дженнифер Диана медленно открыл глаза, утонув в бесконечных тенях ночи и заботящихся лиц. Юлия Вебер стояла рядом, ее взгляд скользил между белым полотном и белой кровью. Она была несказанно разочарована тем, что гипноз не помогает восстановить сознание Дианы. Диана почувствовала на себе их взгляды и поняла, что ее жизнь стоит жертвы....
Черт знает, сколько еще в Польше придется торчать, мне нужны реальные документы на сына. Где я отец, а он носит данное ему имя.
Так меня штормило не один день.
Бросало из крайности в крайность. Мой шторм доводил ее до слез. До страха. Хотя я пытался подарить ей ощущение безопасности.
Мне не хотелось, чтобы она плакала. Я хотел видеть ее как на том видео, где она улыбается, вероятно, моему сыну. А я гадал еще, кто оператором был. Кто рядом с ней так близко мог находиться.
Конечно же, сын.
А потом она спросила, в качестве кого я заберу ее в Волгоград.
- В качестве кого? – переспросил я.
Она кивнула. Для нее это важно. Мега.
- Жена? Любовница? Подруга? – перечисляла Диана.
Красивая такая. Нежная. Я помнил, какую красоту загубил мой отец в Анне и безумно не хотел, чтобы Диана стала такой же.
У нас с Дианой все должно быть иначе.
- Одно хуже другого, - бросил я гневно.
Я резко поднялся и отошел к окну. Любовница? Подруга? Откуда только моя девочка берет такие гадости?
- Я устал, Диана.
- Нет, Эмин. Ты понимаешь, о ком я говорю.
Диана замолчала, напоровшись на мой взгляд, а лицо ее вспыхнуло, стало пунцовым.
- Что это, ревность? – я недобро прищурился.
И шагнул ближе.
К ней.
- А ты имеешь на нее право?
Внутри поднималась ярость.
- Ты умница. Ни с кем не спала. Сама мне в этом призналась. А я трахался.
Диана поморщилась и попыталась отвернуться.
Поздно только. Я схватил ее за подбородок. Она вскрикнула, я перегнул палку.
- Или ты думала, я тебе верность буду хранить? - я взял ее руку и прислонил к груди, - вот здесь да. Хранил. Храню до сих пор.
С удовольствием наблюдаю, как расширяются ее глаза, когда опускаю ее руку ниже. На пах.
- А если бы здесь хранил, - усмехаюсь жестко, - то еще бы в первый год тебя нашел. Чтобы трахнуть. Знаешь, я даже жалею, что не сделал этого.
Тон сгущался. Становился тяжелее.
Горло пересохло.
Снова штормило.
Как бы больно не сделать.
- Ведь если бы я приехал, то непременно увидел тебя беременную. С животом. Увидел бы, как ты носишь Эльмана. Как рожаешь. Как долго рожаешь. Я бы все знал, а ты лишила меня этого.
Не выпускаю ее руки.
Сжимаю лишь крепче, заставляя ее обхватить напряженный член. Чувствуешь его сквозь плотную ткань штанов, маленькая? Чувствуешь. Вижу, как зрачки твои расширились. Губы сухие вижу, которые ты облизываешь тотчас же.
