Автор
Жена моего отца — это ожесточенная сцена переживаний и мелодраматичной трагедии. Автор создает атмосферу ужаса и неперенесимой боли, заставляя читателя близко войти в изнурительную душевную страдальческую боль главной героини. Кладбище становится местом, где холодный мир обрушивается на женщину, лишённую надежды и справедливости....
— А в чём дело?
— Одноклассники над ней издеваются, — вздохнул Артур. — Сегодня она подралась с одной из девочек.
— Подралась? — в шоке переспросила я.
Света? Подралась?! Никак не могло это уложиться в голове.
— Представь себе. А знаешь, почему?
— Почему?
— Из-за нас с тобой.
— Как это? — с непониманием уставилась на него.
— Ты думаешь, если они дети, то ничего не понимают вокруг и не слушают сплетни своих родителей? — посмотрел на меня мужчина. — Они судачат прямо при своих отпрысках, что мачеха Светы спуталась с её старшим братом, и как выразилась та девочка, которая и поймала от Светки пинка, «трахается с ним, потому что молодой и красивый, не то, что старый папа».
Нервно глотнула. Неужели дети знают такие слова? И действительно понимают и запоминают подобную грязь?
— Откуда ты знаешь, как именно она сказала? — спросила я. — Может, утрируешь?
— Нет, Ир. Я сам слышал. Классный руководитель Светланы вызвал меня для диалога именно по данному вопросу. Поэтому я так рано оставил офис и поехал в гимназию.
Бедная девочка… Вот почему она никак нас не может простить — одноклассники просто травят её. Вот почему она вся на нервах и в слезах довольно часто. Подруг у малышки и без того не было, а теперь ещё все и издеваются…
— Да, — кивнула я, вставая с дивана.
— Я уже этим занимаюсь.
— Спасибо, Артур.
— Ты куда, Ир?
— Пойду к ней. Ей плохо.
— Она не пустит тебя. Дина пошла уже.
— Значит, под дверью буду сидеть — твердо сказала я и направилась к лестнице.
Наверху обнаружилось, что Дину тоже не впустили. Подошла к двери и молча посмотрела на темноволосую девушку, в растерянности топчущуюся у двери.
— Не пускает? — спросила её.
— Не-а, — покачала она головой.
Вздохнула, решительно распахнула дверь и вошла. Пусть хоть бьёт меня, но я зайду. Девочка сидела на кровати, поджав под себя ноги и опустив голову. Прошла по ковру и аккуратно села рядом.
— Светуль, мне очень жаль, — сказала я тихо. — Ну почему ты не сказала нам, что тебя обижают?
Девочка подняла на меня заплаканные голубые глаза. Секунду она смотрела на меня, а потом вдруг кинулась на грудь, прижалась и снова заплакала.
