На террасе особняка со сверкающими камушками, зеленым газоном и милыми деталями декора, создается идеальное место для семейного отдыха. Уютный дом на двух уровнях кажется больше предназначенным для дружной семьи, где можно расслабиться с чашкой чая, наблюдая за детьми в саду....
Очнулась и вернулась в реальность, когда мы уже прогуливались по пальмовой аллее, вдали от главного входа в дом. Когда мы успели преодолеть такой путь?
Заметила, что Талиб уже полностью захватил инициативу и шел впереди нас, непрерывно вещая что-то Хуршиду. Макс же был все так же спокоен. Он что, валерьянки перепил?
— Таким поведением «омар» сам роет себе могилу, — довольно шепнул мне Макс, говоря об Амане, который с его легкой руки, точнее, острого языка, теперь обзавелся нелестным прозвищем. — Жаль только, что он ни на секунду не отлипает от шейха.
Я размышляла над словами Макса. Шестеренки в моей голове неистово крутились, приводя в движение какой-то отчаянный механизм, и в конечном итоге идея все-таки загорелась ослепляющей разум лампочкой.
Глава 4
Мы остановились в тени декоративного навеса, недалеко от застекленной оранжереи. Отсюда было четко видно все, что происходит внутри помещения, но при этом прозрачные панели должны были выполнить функцию звукового барьера. Кажется, это то, что мне нужно!
Талиб замолчал, неужели наконец-то устал ворочать языком? И я решила, что это подходящий момент для претворения в жизнь моей безумной задумки.
— Аман, — дождавшись паузы, невозмутимо обратилась к хищнику, а тот жадно оскалился в ответ, пугая меня до мурашек. — Я смотрю, у вас есть оранжерея? Обожаю цветы! — с придыханием соврала я, упорно игнорируя яростное сопение Макса.
— Да, прекрасная оранжерея с редкими экземплярами. Буду рад проводить вас, — Талиб растягивал слова и говорил сладко, словно гипнотизируя меня, однако просчитался: я поддаюсь магнетизму лишь одного мужчины в мире — и сейчас он судорожно сжимал мой локоть.
— Не знаю, удобно ли это, — с ложным смущением опустила глаза.
Тем временем Хуршид лукаво усмехнулся и обратился к своему компаньону, перекинувшись с ним парой фраз, а потом повернулся к переводчику.
— Какого черта ты делаешь? — сквозь зубы процедил мне Макс, из последних сил сохраняя на лице неестественную улыбку.
— Выигрываю для тебя время, используй его с умом, — коварно улыбнулась ему, высвобождаясь из капкана его сильной руки.
