Мариэтта повернулась к нему с выражением явного любопытства на лице.
Теперь она наконец обратила внимание и на бумаги, что так и лежали там, где их оставили.
— Думаю, вы проясните для меня этот вопрос. Некоторые перечисления моего отца в Фонд Д’Амран. Несколько лет назад. На старый счёт, которым почти никто не пользовался.
— Тогда ещё был жив Эдгар… — Мариэтта озадаченно полистала бумаги. — Но он в то время уже довольно плохо себя чувствовал, потому частично передал управление Фондом Денизе. Своей дочери.
— И в тот же год прогремел скандал с неизвестной растратой средств? — добавил Ренельд, подходя ближе.
Графиня задумалась, вспоминая подробности давно минувшего. И ему тоже стало чуть легче.
— Да, именно. Махинации с использованием двойных счетов. Но отыскать следы этих операций не получилось. Кто-то хорошо их прятал.
— Думаю, это был мой отец, — Ренельд хмыкнул.
Ему было подвластно всего лишь чуть меньшее, чем королю.
“А теперь всё всплывает. Хранить тайны герцога некому”, — добавил Лабьет.
— Считаете, Дениза и правда была замешана? Но на её счетах и при обысках не нашлось утерянных денег.
— Может быть… — Ренельд прошёлся до окна и обратно. — Может, деньги предназначались не ей? Но она могла покрывать эти махинации. Либо быть посредником.
— Или была ни при чём, — резюмировала Мари, деловито убирая подкрученный локон за ушко.
Отвести от неё взгляд удалось с трудом.
Жаль нельзя расспросить Эдгара д’Амрана. Он наверняка смог бы обозначить гораздо больше связей между замешанными в этом людьми, чем видно сейчас.
— Я подниму все бумаги по начислениям за тот период, какие смогу найти, — Мариэтта осторожно сложила банковский отчёт обратно в конверт. — Все статьи расходов. Может, что-то будет ясно.
— Хорошо, — Ренельд кивнул. — Я попытаюсь выяснить, с кем Дениза общалась больше всего. Или что её занимало. Уверен, интересы моего отца и эти отчисления связаны. А значит, могут вывести нас на тех, кто точно был в курсе исследований Эдгара.
Графиня покусала губу, ещё над чем-то размышляя, а затем вдруг подошла и поправила шейный платок Ренельда, пригладила его волосы по бокам.
"Да ладно, Конфетка, безупречнее ты его уже не сделаешь, " — ехидно пропел Лабьет.
— Куда мне до тебя, — ответил Ренельд. — Но так хотя бы не буду выглядеть столь жалким на твоём фоне.
Оставив графиню ужинать, он вернулся в кабинет. Оттуда вызвал к себе одного из старшин Тайной службы короля.
— Завтра я хочу видеть у себя Фабриса д’Амрана, — распорядился сухо, как только тот явился. — Без большого шума. Мне нужно поговорить с ним с глазу на глаз. Чтобы никто посторонний не влез.
Старшина кивнул и удалился.
“Ну наконец будет на ком отвести душу”, — зевая во всю пасть, буркнул Лабьет, подтягивая длинные задние лапы к животу.