Понаблюдав за сонной вознёй напарника, Ренельд развернул перед собой сферу фиксирующего артефакта, где была запечатлена аура Собирателя. Пока ещё не тянет в сон, можно начать разбираться в ней. Но при первом же вдумчивом взгляде, стала заметна одна большая, прямо таки, всеобъемлющая особенность. Которая всё немало усложняла.
Аура не была похожа на ту, что обнаружилась чуть раньше, в бутыли.
Ренельд покрутил сферу так и эдак, посидел с закрытыми глазами, начиная грешить на усталость. Но чувство неправильности не уходило.
— Лабьет! — позвал он пса.
И тот сразу вскинул голову.
“Что, уже утро?” — переполошился, вертя башкой.
Громко чихнул — кажется, даже стекло в окне звякнуло.
— Подойди. Мне нужно убедиться… — Ренельд махнул рукой, подзывая его ближе.
И шинакорн настороженно приблизился.
“Ты меня пугаешь, Рен! Может, тебе лучше поспать? Что случилось-то?”
— Случилось то, что наш Собиратель либо твой собрат из Бездны, — проговорил Ренельд, настраиваясь на ауру напарника. — Что маловероятно. Либо он использует в своих целях ауру подобного тебе существа. Не шевелись.
Ренельд обхватил голову шинакорна ладонями и осторожно ввернулся между клубящимися тьмой линиями его ауры. Понадобилось несколько мгновений, чтобы привыкнуть и присмотреться: он давно уже не касался ауры напарника. Не было нужды.
Отпечаток в сфере ясно стоял перед глазами — осталось только сличить элементы и общую структуру. Не для того, чтобы понять, а всего лишь чтобы убедиться — они и правда похожи почти до идентичности.
Лабьет хоть и старался стоять смирно, а всё равно начал переступать с лапы на лапу от неудобства: мало кому понравится, когда в его внутренний контур вторгается посторонний. Особенно чувствительны к этому обычные маги с преобладанием света — им даже может быть больно. Но шинакорн терпел и молчал, только быстро дышал, заставляя себя не вмешиваться в исследование.
— Всё верно, — наконец проговорил Ренельд, “выныривая” из упорядоченной мглы его магии. — Структуры похожи почти что один-в-один.
Всё потому что существа из Бездны одного вида имеют почти полностью схожую ауру, в отличие от людей, у которых она различается ровно так же, как отпечатки пальцев. Невозможно перепутать двух магов. Здесь же с уверенностью можно было утверждать лишь, что то существо, у которого Собиратель некоторым образом позаимствовал ауру, тоже было шинакорном, а ещё…
Лабьет почти сунул нос в сферу, что слегка подрагивала и поворачивалась, позволяя разглядеть отпечаток со всех сторон.
“Знаешь, я хоть и попал к тебе весьма юным, а самок успел узнать, будь здоров! — гордо заметил пёс. — И был у них весьма популярен”.
— Ах ну да, прости, — иронично отозвался Ренельд, невольно улыбаясь.