Автор
Малыш Мирон уже определенно перешел из игр на игровой площадке в более опасные горки и занятие постели. Уже пора домой, но выйти за дверь я не могу, боюсь разбить ногу еще больше, как это случилось сегодня утром. Я просто не успеваю за его невероятной активностью и непредсказуемостью....
Чтобы уж точно некуда было сбегать!
Теперь у меня была полная семья, которую я по праву считал своей. Осталось только сделать Насте предложение. Повторно.
Первый раз оказался не очень удачным.
Ко второму разу я подошёл более тщательно. Я всё-таки узнал размер пальчиков Насти и сделал ей предложение, когда мы гуляли в парке втроём.
Настя сидела на скамейке рядом с Мироном, отщипывая сахарную вату по кусочку."
"Я отошёл якобы для того, чтобы купить воды, но сам вернулся с огромным букетом белых роз.
За мной медленно вышагивал скрипач, играя незатейливую мелодию.
— О, мама! Это всё для тебя! — восторженно прошептал Мирон.
Я опустился на колено, протягивая Насте коробочку с кольцом.
— Настя, я тебя люблю! Выходи за меня замуж!
Настя замерла. Светло-серые глаза округлились. В глубине их мелькало недоверие, но радости было гораздо больше.
Настя обвела взглядом собравшихся, немедленно нацеливших на нас прицелы камер своих смартфонов.
— Да…
В груди что-то странно дёрнулось от едва слышного слова.
— Да.
Под громкие хлопки и улюлюканья я надел кольцо с бриллиантом на палец Насте и крепко поцеловал её.
Сердце у красавицы билось, словно загнанная птица.
— Боишься? — шепнул я.
— Очень.
— Не бойся. У нас всё будет хорошо! — заверил я Настю, кружа на руках.
Я определённо считал себя счастливчиком…
Но забыться недолгим и волнительным счастье мне не позволил телефонный звонок, раздавшийся однажды в неожиданный момент.
***
Настя в тот момент была у своей мамы, Мирон ещё в детском саду.
Телефон назойливо звонил. Я увидел имя «Надя» на экране и завис, как старый компьютер при обработке сложного запроса.
Я совсем забыл про Надю! Её как будто стёрло из памяти не только моей головы, но и тела! Про сердце я вообще молчу.
Надя считала себя моей девушкой, я и сам так думал раньше.
Но создаётся впечатление, что она была вхожа в мою жизнь, но проходила мимо сердца, совершенно не задевая его.
Пока я раздумываю отвечать или нет, память на быстрой перемотке воспроизводит всё, что было.
Я не могу припомнить ни одного раза, когда бы я из-за Нади волновался так сильно, как из-за ситуации с Настей. Этого просто не было.
Этого просто не было.
Наконец, я отвечаю.
— Данюсь! Ты так долго отвечал! И совсем-совсем мне не звонил! — капризно выдыхает Надя. — И кто ты после этого?
— Привет, Надя. Как дела?
— А я уже в России. Вернулась. Может, увидимся?
— Не могу, — отвечаю я.
