Вроде бы звучит очень даже аппетитно! Я слышал, на открытии будут дарить какие-то особенные коллекционные игрушки…
– Тебе нужна коллекционная игрушка от моей жены?
– Конечно, нужна! – удивился друг. – Кто вообще в здравом уме способен отказаться от коллекционной игрушки?
– Соберешься к ней на открытие – уволю из инквизиции, – буднично пообещал я.
– Почему это?
– Потому что нечего пялиться на мою жену.
– А то, что на нее и так куча народу глазеет – это ничего? – оскорбился Хенрик.
Я прикрыл глаза, помассировав указательными пальцами виски.
Что за помрачение моего разума?
Как полный придурок, я уже к собственному другу Макси ревную!
Мое желание спрятать жену в своем доме и не выпускать, чтобы остальные мужчины не смели такими голодными глазами смотреть на ее прелести, просто глупо.
Хоть мне и хочется биться башкой об стену от ревности и желания обладать ей.
В то время, как она, черт бы побрал, раз за разом окатывает меня ледяным душем своего презрения!
С огромным трудом я справился с неподобающими эмоциями.
– Ты прав. Для Макси, наоборот, будет лучше, если на открытие придет как можно больше гостей, – ровным голосом проговорил я. – Так что приходи.
– Ой, спасибо господин полковник, что позволили! Туда, между прочим, и так весь город явится. Ведь вы с женой сейчас у всех на устах… – многозначительно проговорил друг.
Я поморщился и махнул рукой, призывая Хенрика вернуться к делу.
ГЛАВА 70
Присутствовала в бывшем одноклассничке некоторая доля злорадства.
Еще некоторое время мы говорили о чернокнижнике.
– Интересно, зачем он вообще явился в Твинбрук, чего ему в столице-то не сиделось? – поинтересовался Хенрик.
– Думаю, его интересует Хельмдолл и обитающие в нем твари. Хочет отловить пару для своих ритуалов. А мы должны отловить его.
– Если уж столичная инквизиция за ним гонялась, и не поймала…
– А мы поймаем, – жестко обрубил я и помолчав, добавил. – Ты знал, что гримуары по черной магии влияют на своих хозяев?
– Как это?
– За тайные знания всегда нужно платить. Они деформируют тех, кто их читает, лишая их человеческого облика.
– То есть, этот чернокнижник… – медленно начал Хенрик.
Я подкинул в руке приворотное зелье и поймал его.
– Если достаточно долго варит такие сложные зелья, то, подозреваю, далеко не красавец. Грязная магия оставила на нем свой след, который ему не скрыть маскировками. На этом и попробуем его подловить. Но запомни – никому из нашего отряда, и вообще всей инквизиции ни слова. Если у нас завелась крыса, то пора поставить крысоловку…
Друг коротко и кивнул и отправился по мелким поручениям, которые я ему дал.
Среди них было одно небольшое, которое не относилось ни к одному из дел, что я сейчас вел.