Автор
В кресле красавца-маршала Кайрана женщина с пронзительным обаянием умоляет оставить ее. Его жестокость и сталь в глазах напоминают о его победах на поле боя, где он всегда выходил с мечем в руках. Вот что дальше: она заявляет, что она его жена, словно надвигается новая история в атмосфере шпионских приключений и любви....
Состав начинки не блистал разнообразием, но был совершенно особенным: тончайше нарезанные ломтики прошутто, козий сыр и, конечно, вожделенные трюфеля. Чтобы лучше раскрыть вкус этих ингредиентов, в качестве приправы я использовала цветочные почки майорана.
Специальным круглым ножиком для пиццы, который для нас по моему проекту сделали в кузнице, я у всех на глазах отрезала для дедули треугольный ломоть.
Тот со скептическим видом откусил кусочек и принялся задумчиво жевать…
Тишина воцарилась мертвая.
Вся пиццерия замерла в ожидании.
ГЛАВА 56
Нет, вопреки всем ожиданиям, скептический вид его не покинул!
Будь я хоть немножечко наивнее, то ожидала, что, как в доброй сказке, все изменится, он признает мою пиццу и меня заодно.
Но нет, надеяться на это было просто глупо.
Ненависть и презрение застили Сильвестру глаза, и он как пошел меня костерить:
– Внешний вид – отвратный! При запеканки трюфели потеряли свой естественный оттенок и выглядят, как экскременты коз! Корочка поджарена не по всей своей поверхности и выглядит бледной.
Дедулю несло и дальше, он ругал мою пиццу с видимым удовольствием. Прямо-таки наслаждался.
Мои кузины Мирелла и Ардин, а так же кузен Тимоти с важным видом поддакивали дедуле.
Тимоти даже вроде как рискнул взять треугольник пиццы, но принюхался к нему, брезгливо сморщил нос и бросил обратно на доску.
Мирелла и Ардин на такие жертвы не пошли, только кивали, как китайские болванчики.
Все вокруг охали, ахали и громко обсуждали отвратность пиццы и ужасный интерьер пиццерии, а дедулин личный секретарь с упоением строчил в своем блокнотике, стараясь зафиксировать всю его разгромную речь.
Так что не видать нам этой звезды Пашлена, как своих ушей.
Только деньги зря на трюфеля потратили…
Больше всех это расстроило почему-то Бертоло:
– Между прочим, нашу пиццу заказывают в самой императорской семье! – горячась, закричал мой компаньон.
