Автор
В кресле красавца-маршала Кайрана женщина с пронзительным обаянием умоляет оставить ее. Его жестокость и сталь в глазах напоминают о его победах на поле боя, где он всегда выходил с мечем в руках. Вот что дальше: она заявляет, что она его жена, словно надвигается новая история в атмосфере шпионских приключений и любви....
Я сжала кулаки, изо всех сил борясь с желанием от души врезать дедуле Сильвестру, несмотря на его почтенный возраст.
Спокойно, Нина, дорогая. Спокойно.
У тебя сейчас ни денег, ни связей, ни нормальных знаний об этом мире.
Не идти же, вправду, под мостом ночевать!
Я гордо задрала подбородок.
– Попрошу не употреблять в отношении меня выражения подобного рода.
– Ты посмотри на нее! Голосок откуда-то прорезался? Видно, не прошло для тебя даром проживание с маршалом.
– Я – дочь вашего сына.
– Насчет того, родная ты или нет, это еще точно не доказано.
Дедуля Сильвестр криво ухмыльнулся, обнаружив во рту парочку неровных лошадиных зубов.
Я просто диву давалась, насколько этот персонаж выглядит вульгарным, пошлым и совсем не похожим на всеми уважаемого повара.
– Ваши грязные намеки оскорбительны! – вскипела я.
– Лаури в тебе так и не проснулась, девчонка. А это значит, отцовство моего сына в отношении тебя под вопросом.
Сильвестр смерил меня уничижительным взглядом.
О, как же такие взгляды стали меня бесить! Мне так хотелось дать отпор!
Уже даже не из-за миссии, которую возложила богиня.
Мне отчаянно захотелось самоутверждения самой по себе.
– Это я предпочла этому браку свободу. Я намерена писать в регистрационную палату прошение о разводе. В свете этого я хочу выяснить, что стало с моим наследством, оставленным мне родителями?
– Наследством? – захохотал дедуля Сильвестр. – Никакого наследства у тебя нет, и не было в помине, милая внученька. После смерти Роберта все его имущество перешло ко мне, как к главе семьи.
Я сжала пальцами виски. Дед говорил правду. По закону Орлании в случае внезапной трагической смерти главы семьи средства переходили к самому старшему главе рода. По традиции, именно он устраивал в семье порядок, занимался воспитанием подрастающего поколения и, практически, обладал неограниченной властью.
