Автор
Я стояла на коленях, моля о пощади, в то время как холод царапал кожу сквозь рубашку. Лицо ректора Академии казнило меня ледяным взглядом — он был красивым и великолепным в своем аристократическом величии, командуя моей судьбой.
ГЛАВА 81
Ее лицо в этот момент…
О, ее лицо!
Прекрасное лицо моей поверженной и втоптанной в грязь врагини!
Два года в этом месте, определенно не прошли для Мунды даром.
Выглядела она ужасно — пшеничные локоны потускнели и свалялись, кожа некогда мраморного кукольного лица стала пористой, как губка. Плюс питание дешевыми и жирными продуктами, которыми тут кормили, дало свой результат — Розамунда здорово прибавила в весе.
Если Бьянку с ее полнотой можно было назвать милой, то Пшеничке это совсем не шло, она выглядела отечной.
Она одарила меня таким взглядом — если бы глазами можно было убивать, то я уже лежала растерзанная, как после нападения сумасшедшего маньяка.
Надеюсь, она никогда отсюда не сбежит. Потому что если сбежит — то первым делом сразу пойдет меня убивать.
Я брезгливо поднесла кружевной платок к носу и сказала:
— Пойдемте дальше.
— Да, конечно, понимаю, графиня Бейлис, — с готовностью сказала Расула. — Следующая комната поприличнее — там недавно побелили потолок…
— Прощай! — беззвучно сказала я Пшеничке и пошла вслед за Расулой.
По правде сказать, эта экскурсия по ночлежному дому произвела тягостное впечатление. Хотелось скорее покинуть это темное мрачное место.
Однако управительница приюта слезно попросила, чтоб мы зашли в последнюю комнату — уж больно ей хотелось показать мне этот дурацкий потолок.
Наверное, думала, что я расщедрюсь на известь для побелки других комнат. Я велела своей камеристке записать, чтобы прислали не только известь, но и другие стройматериалы, необходимые для капитального ремонта.
Но вовсе не потолок привлек меня в этой комнате, а женщина преклонных лет, что сидела на кровати около самого входа.
В старческих узловатых пальцах она перебирала голубую шелковую ленточку. Та была уже совсем потертой, замызганной и мятой, но женщина смотрела на нее, как на величайшее сокровище.
— А, это наша Герцогиня, — вполголоса пояснила Расула.
— Герцогиня?
— Ну да, так мы ее зовем — надо ж как-то звать. В моменты просветления, она утверждает, что она — жена какого-то вельможи из дальней провинции, у нее молодой красивый муж и куча слуг.
— Вот как? — протянула я.
Даже сама не знаю зачем, я подошла к старухе и спросила:
— Здравствуйте, как вас зовут, мадам?
— Я должна поехать на бал, — она подняла на меня взгляд.
