Автор
Я стояла спиной к окну, наблюдая за тем, как судовые приставы описывали наши житейские вещи, словно виноград на солнце. Гул трактора напоминал мне о том, что мой мир рушится под ногами, и я сама ни разу не сказала "остановись". Усталость накатывала с каждым мигом, заставляя дрожать в изнеможении....
Чёрт знает что творилось со мной, и я давно уже бросил попытки разобраться в этом жутком и пугающем клубке эмоций, что распирали, стоило только оказаться рядом с этой женщиной.
Я нашёл её в лесу во спасение.
Я обрёл её на погибель.
— Ты же всё выяснил обо мне, — горько улыбнулась, а большие глаза наполнились грустью. Она не плакала, но лучше бы лила слёзы, чем вот так смотрела. — Никого у меня нет.
— Расскажи мне, что произошло.
Лана закусила нижнюю губу до побелевшей кожи — боролась с эмоциями, отгоняла слёзы.
— Юра, — прошелестела осенним ветром, а я моргнул.
Юра?
— Муж твой бывший, что ли?
Я знал, что никаких других Юр в нашем с ней окружении не было, но не мог поверить, что это сыкло каким-то образом нарисовалось на горизонте.
— Я пошла гулять… — выдавливала из себя слова по капле, проталкивала их, еле слышные, из горла, а я закостенел, пытаясь не пропустить ни звука. — Ты ушёл, мне стало скучно…
Она тихо рассказывала, глядя куда-то за моё плечо, обо всём, что случилось с ней, пока я отбивался от назойливого внимания соратников по бизнесу и чёртовой Снежаны.
— То есть эта гнида тебя целовала… — Я не спрашивал, нет, потому что и так знал ответы на все свои вопросы, но повторить для самого себя было не лишним.
Чтобы горящими буквами в сознании горело, не затухая.
Хотел ли я его убить? Однозначно. Стану ли это делать? Посмотрим.
— Арманд, — обхватила моё лицо тёплыми ладонями, наклонилась вперёд, упираясь своим лбом, а я почувствовал, насколько горячая у неё кожа, — я прошу тебя, не нужно. Не знаю, что он хотел от меня, но не ищи его.
Будто бы знала, о ком я тогда разговаривал ночью с Толиком, словно почувствовала, что именно её бывшего муженька я искал.
— Нет, Лана, исключено. — В ответ тихий вдох. — Я никогда ничего не прощаю, так уж устроен, иначе бы не выжил. Понимаешь меня? И любому, кто решил тронуть моё, я отрываю руки с корнем.
— Твоё? — вскинула взгляд, а до меня только дошло, какую именно неясную мысль облёк в слова.
— А ты имеешь что-то против? — усмехнулся, а Лана в глаза мне заглядывала, ища ответы. — Знаешь, я совершеннейшее сокровище, от которого желательно бы держаться подальше.
