Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
Забавно, речь я понимаю, а буквы — нет. Не может быть, чтобы Тамани была необразованной. Скорее, это побочный эффект перемещения.
— Расскажи об ощущениях после пробуждения, — предлагает лекарь.
— Эм-м-м… Ну-у-у… — не знаю, с чего начать."
"Интересно, если рассказать, что в теле Тамани оказалась женщина из другого мира (иной реальности, вселенной — нужное подчеркнуть), то как он поступит? Подлечит до обратного перемещения или угробит окончательно?
— Ничего не помню, — говорю правду, не указывая главную причину.
Лекарь отводит взгляд. Кашляет в кулак и прячет худые ладони в широких рукавах мантии.
— Меня зовут Анри, — напоминает смущенно. — Маги и механики враждуют очень давно. Тем не менее, мы вынуждены сотрудничать. И это раздражает больше всего. Без магии не оживут механизмы, не излечатся болезни, не родятся богатые урожаи.
Интересно, что по этому поводу думают механики? Боюсь, свои творения выставят на первый план.
Итак, что мы имеем? Судя по всему, Ферино — механик, и довольно известный. Недаром же так гордится родом. Анри, этот седовласый лекарь с крючковатым носом, явно маг.
А кто, черт подери, я?
— Тебе нечего бояться, — замечает Анри. Мое долгое молчание явно принимает за страх. — Здесь, на территории Великой Матери, нет места вражде. Жрецы строго следят за соблюдением порядка. И подавляют бунты на корню.
Так-так, Хэл тоже что-то упоминал о раздорах. Выходит, воюют маги и механики? Забавно, одни зависят от других и, тем не менее, не могут ужиться в мире и согласии. Как это все знакомо.
— А мы вообще где? — задаю главный вопрос.
То ли я спросила слишком громко, то ли так совпало, в распахнутое окно влетает филин. Садится на стол и таращит на меня желтые глазищи.
— Киро, где ты пропадал так долго? — приветствует его Анри.
— Ничего себе у вас любимцы… — замечаю я.
Филин огромен, размером с половину меня.
— Киро - мой верный помощник и друг, — заявляет Анри и чешет загривок филина.
Точнее, пытается — филин уворачивается от ласки. Продолжает пялиться на меня. Чувствую, как волосы поднимаются дыбом, становится труднее дышать. Желтый огонь птичьих глаз прожигает насквозь.
— Отвали! — рекомендую филину.
