Автор
В ужасающей пленке из камня и алчности русских богачей, женщина по имени Маша вынуждена сниматься в элитных фотоуслышках под чарующий взгляд модного фотографа. Она чувствует себя насквозь обжигаемой жарой, а любовь к подружке лишь растет вместе с желанием уйти из этого безумия....
— Не делайте так больше, лицо испортите, как же появитесь перед господином Хэлом, Бэлом и Виллином?"
"Кажется, мне становится хуже. Мало было новостей, так теперь еще эти: Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф объявились. Все, завязываю с солнцем и переутомлением.
— Пойду, приглашу вашего дядюшку, — суетится служанка. — Маэстро Михо сумеет вас успокоить.
— Стой! — хватаю ее за край туники. И тут же отпускаю.
Руки не мои. Но отчего-то выполняют команды. Одуреть можно!
Подношу к лицу чужую ладонь, рассматриваю тонкое запястье, длинные пальчики, ухоженные ноготки.
— Зеркало дай! — требую у Мины.
Назвалась служанкой, пусть помогает. А вообще не до нее сейчас. Оказывается, я пользуюсь не только чужими руками, но и голосом. Звонким, как хрустальный колокольчик. Необычайно бойким и молодым.
— Очуметь!..
Щипаю незнакомую пухлую щеку, округляю миндалевидные золотистые глаза. Смотрю в поданное служанкой зеркало и все сильнее верю, будто сплю.
Вместо привычного лица вижу незнакомку: нежная кожа, бровки вразлет, чуть вздернутый любопытный носик. Золотисто-русые волосы до подозрительно маленьких розовых пяток.
Ошалело ощупываю тонкую талию, касаюсь высокой груди. Улыбаюсь и трогаю белоснежные зубки.
— Отпадно выглядишь, малышка! — сообщаю отражению на манер своих учеников-третьеклассников.
Похожу на куколку из маминого сервиза: маленькая, стройная, молодая.
— Вы всегда были красавицей, — замечает Мина. — После падения немного не отошли, потому бледненькая. Но маг-лекарь Анри это исправит. Сумел же он вас с того света вытащить. Усыпил магически, пока лечил раны. Даже шрама не осталось.
— Какого шрама? — хмурю беломраморный лоб, хлопаю длиннющими бархатными ресницами. — Откуда я падала?
— Вы, сати Тамани, со скалы свалились, — живо напоминает Мина и кланяется. — Голову разбили. Хорошо, вас нашли вовремя и спасли.
Хрупкие плечики вздрагивают, по юному телу пробегает озноб. Получается, если бы чуток запоздала с пробуждением, могла не проснуться вовсе? Или хуже того, быть заживо погребенной?..
— Не знаю, откуда свалилась, но приложилась знатно, — замечаю ворчливо. — В любом случае, спасибо за исцеление. Где тут у вас выход, не подскажете?
По лицу служанки пробегает тень.
