В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
— Я уже произвела на него впечатление два месяца назад, когда помогла сдержать прорыв, — отрезала Мел, убирая короткие пряди, которые снова и снова лезли в глаза.
— И что? Совсем без платья? А еще девушка.
— Можем тебя нарядить!
— И не мечтай.
Спор тут же сошел на нет, стоило Коннору подняться со своего места и подойти и двери купе.
— Ты куда? — тут же встрепенулась Мелисса, проводив брата тревожным взглядом.
— Пройдусь немного по вагону, — отозвался Хоторн. — Один.
После его ухода в купе наступила тишина, шутить и балагурить никто больше не собирался.
Дин первым нарушил молчание.
— Чего это он?
— Не знаю, — с досадой отозвалась Мелисса, с силой сжав кулаки. — В последнее время он сам не свой. Спит плохо…
— Эфир? — тут же нахмурился Рейн.
— Под контролем. Ты же знаешь, что Коннор не стал бы рисковать. Слишком многое сейчас поставлено на карту.
Они снова замолчали, тревожно переглядываясь.
— Прорывы все чаще, — заметил рыжеволосый мужчина, потирая щетину на подбородке.
— Только во всем обвиняют нас, — резко произнесла Мелисса. — Снова.
— Придется договариваться. Все все помнят?
— Ага, — закидывая руки за голову, ответил Дик. — Много улыбаться, ни с кем не спорить, не скандалить, на девушек не засматриваться и, самое главное…
— Даже мысленно не вспоминать жену Коннора, — закончил Рейн.
— Чтоб ее тьма поглотила, — пробормотала Мелисса и тут же замолчала, наткнувшись на предупреждающие взгляды друзей.
***
Коннор вышел из вагона, коротко кивнув ребятам из охраны, которые при виде наследника вытянулись по струнке. После чего прошагал в тамбур и остановился у окна.
«Нечем дышать…»
Мужчина с силой дернул окошко, опуская его вниз. И тут же порыв ветра ударил в лицо, заставив задержать дыхание.
Но именно этого Коннор и хотел.
Воздуха!
Постояв так около минуты с закрытыми глазами и пытаясь восстановить сбившееся дыхание, мужчина тряхнул головой и снова коснулся камня на груди.
Эфир привычно отозвался, заворочался, готовый в любой момент прийти на зов. Надо лишь немного ослабить контроль, позволить твари выбраться, окутать темными крыльями…
Древний враг, который как-то незаметно стал самым близким существом во всем мире. Вечный соперник, понимающий с полуслова, с полувздоха.
Монстр тоже чуял изменения, скребясь острыми когтями о стены темницы, в которую его засадили несколько лет назад.
Он засадил.
