В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
Коннор снова вздохнул и пристально взглянул на ясное, безоблачное небо и широкие поля с пестрой луговой травой, пытаясь хоть как-то отвлечься.
Пронзительно загудел возопар, заставив болезненно поморщиться от громкого неприятного звука.
«Скорее всего, подъезжаем к какой-то станции», — рассеянно подумал Коннор, опираясь на стекло.
А дальше…
Изящная девичья фигура в простом светлом платье с широкой юбкой. Толстая темная коса и букет полевых цветов в руке.
Он видел ее всего секунду. Возможно, даже меньше.
Всего лишь какая-то девушка, селянка… на которую и внимание не стоило обращать.
Коннор сам не заметил, как вновь рванул окно, словно… словно хотел выскользнуть наружу. Но каким-то чудом успел остановиться."
"Эфир уже выбирался из своего логова, расправляя темные призрачные крылья. Мужчина быстро отправил его назад и застыл, привалившись спиной к металлической стенке и тяжело дыша.
— Тьма! Что это было?
Айрин
Заморск оказался именно таким, каким я видела его на акварелях Наты.
Старинные дома, выложенные из песочного камня с коричневыми крапинками, увитые ярко-зелеными цветами с большими розовыми или белыми бутонами. Ах, как вкусно они пахли! Красивые узкие окошки, небольшие уютные балкончики, на которых можно было позавтракать. Мощенные бешеным булыжником мостовые, широкие центральные улицы и тесные переулки.
И море.
Лазурно-голубое, яркое и неожиданно теплое. Соленый воздух, которым пропиталось все побережье, белый песок и смешные пальмы с волосатыми стволами и зелеными макушками.
Здесь все было немного другим.
Маленький рай на земле, где никто не ждал удара.
Но что-то все равно не давало мне покоя.
Просыпаясь каждое утро на рассвете, я выходила на балкон и пристально всматривалась в безупречное голубое небо.
Магическое зрение позволяло мне при желании разглядеть сверкающий купол над головой.
Тиан был прав, когда говорил, что здесь защита особо сильная. Но я все равно не могла избавиться от ощущения тревоги, которое становилось все сильнее, заставляя ежиться от страха.
Это случилось на третий день нашего отдыха.
После позднего завтрака, который стал моим обедом, потому что я, в отличие от мамы, просыпалась на рассвете, мы взяли купальные принадлежности и отправились на женский пляж.
