В тихой часовне, расположенной на границе двух распаленных вражды семей, собрались сотни гостей — все они вынуждены были присутствовать на церемонии, которая должна была стать залогом примирения. Теперь стояли с каменными лицами, не сводя нас глаз. Мертвенная тишина словно бы застыла в воздухе — звенящая, пронзительная и такая стылая, что дрожь холодной иголки пробежала по позвоночнику....
Надо же подумать о будущем, — многозначительно произнесла она и бровями поиграла.
— Ты серьезно?
— Ну конечно. Долго быть вдовой не обязательно…
«Боги!»
— Мам, прости, но принимать в этом участие я не стану. У меня совершенно пропал аппетит. — Я подхватила подол и начала подниматься по лестнице. — Думаю, у тебя отлично получится развлечь высокого гостя и без меня.
— Айрин! Немедленно вернись!
Именно в этот момент в холл вошел управляющий. И не один.
— Питер Монрей.
— Доброе утро. Прошу прощения за столь ранний визит.
Светловолосый мужчина шагнул вперед, кивнул покрасневшей матушке и поднял голову выше.
Наши глаза встретились. Все получилось, как хотела мама.
Бежать было глупо, и теперь я медленно спускалась по лестнице под пристальным взглядом голубых глаз.
— Питер, я так рада, что ты нашел время, чтобы проведать нас. Не так ли, Айрин?
— Разумеется. Доброе утро, Питер.
Я спустилась и сдержанно улыбнулась гостю.
— Здравствуй, Айрин, — тихо произнес мужчина, смотря на меня так…
Пять лет назад за этот взгляд я бы отдала многое.
Но не сейчас… слишком многое изменилось. И прежде всего — я сама.
— Позавтракай с нами, Питер, — произнесла матушка. — Так приятно видеть родное и знакомое лицо в этом городе. Заодно и расскажешь, когда снимут ограничения.
— С удовольствием, — отозвался он, подавая мне руку. — Айрин, я могу проводить тебя к столу.
— Какая чудесная мысль.
И мне осталось только вложить ладонь ему в руку.
Глава 6
Завтрак проходил… странно.
Другое слово я была не в состоянии подобрать.
И даже если я поднимала глаза, своих не отводил. Эта игра в гляделки заканчивалась моим полнейшим фиаско.
Я опускала взгляд на тарелку и силилась проглотить ком, стоящий у горла.
Зато как была счастлива мама. Она улыбалась так широко, что были видны все зубы. Ее план по нашему сближению удался, и родительница совершенно не собиралась этого скрывать.
Временами мне хотелось встать и уйти, и лишь упрямство и гордость мешали это сделать.
Я никогда не бегала от опасности и не прятала голову от неприятностей. Не уйду и сейчас.
— Надеюсь, ты еще останешься в городе на пару дней, — щебетала матушка в перерывах между поглощением еды.
— Останусь. Тем более что здесь вы. Мы так давно не виделись, — отозвался Питер.
— Да, ты совсем забыл к нам дорогу. Даже с Заликой не приезжал на очередные смотрины, — пожурила его она.
