Прошлое начинает ясно проступать через каждое действие и слово, как при свете лунной смерти. Я была злой, но больше всего - на то, что сама себе доверяла не полностью. Несмотря ни на что, в глубинах души я понимала, что у меня есть шанс измениться.
Ты мёрзнешь, вот тебе одеяло…
Он и впрямь обернул меня одеялом, но расстроиться я не успела, потому что вместе с одеялом он уложил меня в кровать и сам принялся торопливо раздеваться.
Теперь, когда я оказалась на его месте, я поняла, почему он мычал и хлопал глазами. А как на это реагировать, простите? Стеснительно закрывать глаза ладошками и подглядывать в щёлочку? С этим я немного запоздала — ровно с того момента, как начала раздеваться сама первая.
Избавиться от света и пусть там стягивает штаны в темноте? Так я не в своей спальне, а в темнице, вообще-то.
А просто глазеть, как будто какие диковинки на ярмарку привезли, мне не позволяло воспитание. Вот и оставалось краснеть и теребить в руках одеяло. Жарко при этом стало! Как будто я ругалась без остановки, но только проклятие на всю меня распространилось.
К счастью, Даррен и сам понимал, что нам остаётся времени всего до утра и разделся довольно быстро.
Вдвоём под одеялом стало совсем жарко. Я даже чуть не передумала, но Даррен крепко обнимал меня одной рукой, а второй водил по коже, которая от его нежных прикосновений, начинала гореть ещё сильнее.
Вот уж кто разбирался в вопросе, не то что я!
Расстроиться по этому поводу я как следует не успела, потому что тут Даррен целиком нырнул под одеяло и принялся покрывать поцелуями всё, до чего мог дотянуться.
Поцелуи делали меня горячей и смелой, я даже перестала стесняться громких звуков, которые то и дело вырывались из моего рта. А когда Даррен наконец окончательно стянул с меня панталоны и бросил их куда-то к надкушенному бутерброду, я только вздохнула с облегчением.
Но тут же охнула от неожиданной короткой боли. Даррен тотчас остановился.
— Иссабелия! — очень торжественно произнёс он, что довольно странно звучало с учётом того, что он лежал на мне совершенно голый.
Нет, вы посмотрите на него! Сначала следит, жизни не даёт, поклонникам синяки ставит, а потом удивляется ещё!
— Не отвлекайся, — растяжка после полёта на драконе творила чудеса, и я даже снизу умудрилась ткнуть его пяткой пониже спины. — Моя наивность касается только меня. К тому же это легко исправимая штука, похоже.
Я посмотрела на запястье.
