Автор
Женщина с берега — это мрачное предсказание, в котором каждый потомок носитель дьявольского проклятия. Веками сверхъестественные глаза жестоко именовались похожими на кошачьи желтыми — символом неизбежной злобы, подпитываемой могущественной силой. И вот приходит время, когда предание требует вновь выявить суперъестественное в потенциальном потомке, наделенном невиданным могуществом....
Надеюсь, что моя дочь и мой сын не будут так обделены, как мы.
Ноябрь, 1882, Трондхейм.
Герд Свенсдаттер».
Андре глубоко вздохнул. Теперь ему была совершенно ясна эта линия рода, и он начертил ее.
Кристер Грип — Доротея + Эрик Нордладе — Петра Эриксдаттер — Свен Нордладе — Герд Свенсдаттер — Уле Кнудсен — Петра Ольсдаттер — Мали — Мертворожденный.
Теперь у него был ориентир. Но его схема могла иметь пробелы. У сына Кайсы могли быть потомки. У Доротеи Хавгримсдаттер могли быть и другие дети, не отмеченные здесь, так же как и у Петры Эриксдаттер, прядь волос которой хранилась в медальоне.
Этот медальон… Как он попал сюда? Это не мешало бы узнать.
Значит история о Варгабю была подлинной! И участниками ее были бабушка и дедушка Герд Свенсдаттер, Кайса и Хавгрим-Кристер. Поэтому не было ничего удивительного в том, что Герд так хорошо знала подробности, в том числе и реплики говорящих.
Она не выдумала все это. Это предание передалось ей по наследству.
Но у него больше не было времени сидеть в отеле.
И прежде всего он должен был навестить свою приятельницу из городской управы.
8
Нетта Микальсруд с беспокойством посмотрела на часы, и с каждой минутой тяжесть в груди становилась все более болезненной.
Рабочий день почти подошел к концу, а он все не показывался.
Неужели он не придет? А ведь у нее было столько новостей для него! И ей самой было интересно, что нового ему удалось узнать.
Ее воскресная блуза с рядами белых кружев выглядела уже довольно поношенной.
Отпивая из чашки кофе, Нетта вразумительно на это не ответила. Фрекен Сильвестерсен следовало бы придержать язык, она понятия не имела о той растерянности, которая охватывает человека в момент нетерпеливого ожидания.
Это была абсолютно бессмысленная, глупая растерянность! И Нетта оказалась совершенно беспомощной перед ней. Она одновременно чувствовала себя побитой собакой и вся трепетала от несказанной радости. Впервые в своей одинокой жизни она почувствовала, что живет. Она готова была сделать все для своего нового друга. Но об этом он, разумеется, не должен был знать!
И если бы он узнал об этом, она просто не знала бы, как ей быть.
