Не дожидаясь, пока закипит вода для чаю, она вежливо попросила у Наташи сигарету и выскользнула на лестницу.
– Ох, Наташа, если мы найдем пингвина, это будет прямо здорово, – продолжала Ирина, роясь в сумке, – во-первых, с чистым сердцем осудим человека, а заодно прокуратуру прижучим. Пусть учатся работать со свидетелями на предварительном следствии, хотя эта курица могла бы и пораньше сообразить.
Наташа покачала головой:
– Так бывает, Ирина Андреевна. Знаете, я один раз так… В общем, попала в гущу событий, неважно, каких. Само событие помню, а как попала на свою койку – нет, хотя я была не пьяная, по голове не получала и вела себя совершенно нормально. Что-то делала, ехала, разговаривала с людьми, в общем, нормально добралась, но абсолютно этого не помню.
Ирина сочувственно улыбнулась:
– Да, я слышала про такие случаи. Но тетка-то вспомнила! И кто ей помешал следаку позвонить? Взрослая женщина, интеллигентная, неужели не понимала, что для поимки убийцы важна каждая мелочь? Только зачем себя утруждать, когда можно страдать и требовать, а потом на суде всех огорошить.
– Не судите ее…
Ирина засмеялась:
– Не-не, она по делу свидетель. Ладно, давайте лучше отдохнем немножко перед следующим заседанием, попьем чайку. Вот, держите, сегодня коржики.
– Вы сами пекли?
– Да, как раз сметана оставалась. Попробуйте, пожалуйста.
Наташа откусила и зажмурилась – так было вкусно.
– Вы нас балуете, Ирина Андреевна. А я вот ничего не принесу, потому что не умею готовить.
– Да не может быть!
– Просто я живу одна и, кажется, потихоньку превращаюсь в старого холостяка, – улыбнулась Наташа.
Судья вздохнула:
– А я вдвоем с сыном. И во что превращаюсь, пока непонятно.
…Ирина хотела встать, но Валерий не выпустил ее из объятий.
– Полежи еще минуточку.
– А как же садик?
– Время есть.
Ирина взглянула на часы: времени достаточно, но сегодня пятница, все стараются забрать детей пораньше. Опять Егор останется последним, воспитательница будет сердиться, и придется ехать на «Галеру», покупать ей французскую тушь, чтобы задобрить.
– Полежи, полежи, – Валерий провел губами по ее шее и поцеловал в ямочку между ключицами, – завтра суббота, это значит, что мы не увидимся целых два дня, так что давай насладимся друг другом.
Ирина вздохнула: она и забыла за этим процессом, что впереди долгие одинокие выходные. Снова просыпаться с пугающим чувством, что нечего ждать и некуда идти, вставать через силу и мечтать, чтобы поскорее наступил понедельник.
– Я так скучаю по тебе, – Валерий обнял ее так крепко, что ребра заболели, – если бы ты знала, как я иногда мечтаю просто вдохнуть аромат твоих волос…
Ирина молча отвела его руку и стала одеваться.