Гораздо тяжелее было встречаться взглядом с подсудимым и сквозь напускное спокойствие видеть там свет надежды. Бедняга Кирилл, неужели не понимает, что обречен?
Ирина старалась смотреть поверх голов или в проход, или изучала герб, в общем, использовала разные ухищрения, чтобы не смотреть в глаза ни подсудимому, ни родственникам. Она повторяла как заклинание, что нужно думать только о скором своем счастье. Раз наверху решено, что Мостовой – серийный убийца, то так оно и будет, и сопротивляться глупо. Ну вынесет она оправдательный приговор, подумаешь, большое дело его пересмотреть! Ради торжества коммунистической идеологии и здоровой морали расстрелять одного жалкого рокера ничего не стоит. И не такие жертвы приносили.
Упрямством она не только разрушит собственную жизнь, но и продлит бедняге агонию. Сейчас он вроде бы смирился с неизбежным, а когда Ирина его оправдает, будет вне себя от радости, и только немного успокоится, освоится на свободе, как его снова заберут. Лучше уж сразу…"
"В воскресенье они с Валерием провели чудесный день вместе. Утром Ирина отвезла Егорку к бабушке, а вернувшись, приготовила изысканный обед. Валерий пришел около полудня с цветами и бутылкой муската. Ирине стало неприятно от того, как она обрадовалась перспективе выпить и как захотелось спрятать вино, чтобы спокойно насладиться алкоголем в одиночестве.
Она стала подыскивать предлог не откупоривать бутылку, но как только сели за стол, Валерий сразу попросил штопор. Пришлось делать вид, что она не помнит, где у нее этот совершенно бесполезный в хозяйстве одинокой женщины предмет.
– Ну, любимая, за нас, – Валерий поднял бокал, когда штопор пришлось все-таки отыскать, – мы уже любим друг друга, теперь давай друг к другу привыкать…
Сердце екнуло от предвкушения счастья, и Ирина едва пригубила – не дай бог, Валерий заподозрит, что она выпивает…
Положив на тарелки оливье и шпроты, они переглянулись, оставили вилки и через секунду уже были в постели. Кажется, первый раз в жизни они занимались любовью, никуда не торопясь и ни на что не оглядываясь, но Ирина так была поглощена грезами о скором счастье, что ласки Валерия не вызывали в теле никакого отклика. Теперь, когда до исполнения мечты остаются считаные дни, когда цель почти достигнута, Ирина страшно боялась допустить какую-нибудь оплошность и все испортить. Одно слово, один неловкий жест в постели, одно неряшество на кухне, и все! Валерий решит, что она недостойна быть его женой.
Внутренне замирая от страха, Ирина все силы бросила, чтобы показать, как беззаботна и счастлива, поэтому любовник остался очень доволен. Они немного полежали обнявшись, Валерий выкурил традиционную сигарету, и тогда можно было вновь вернуться к столу.