Валерий держит Ирину в своих объятиях, затягиваясь тлеющими сигаретами. Медленный дым поднимается к потолку, заставляя их молчать и замедлять каждое движение, как будто время приостановилось. Ирина чувствует не только его страсть, но и его нерешительность перед новыми днями после сексуальных моментов....
Смотри, даже такое чучело, как Полохов, тебя не хочет, а я-то и подавно! Снисходительная дружба с великим мною – это все, на что ты можешь рассчитывать!
Вероятно, таким образом Бабкин мстил, что она сразу не ответила на его ухаживания."
"Будь Ирина помоложе или хоть чуточку менее уверенной в своей красоте, тактика, может, и сработала бы, а так она просто сказала Бабкину, что близкие отношения между судьей и обвинителем не приветствуются, поэтому, как она ни дорожит их дружбой, что все же лучше ее оборвать.
У Ирины как раз начался роман с Валерием, и она обо всем забыла, а вот Бабкин, кажется, нет. Поэтому сейчас надо быть готовой, что он будет стремиться не только осудить Мостового, но и нагадить своей бывшей задушевной подруге.
Кирилл Мостовой не признал своей вины и отказался от адвоката, заявив, что «мой защитник – здравый смысл», но когда в качестве меры наказания предусмотрена смертная казнь, участие адвоката обязательно.
Таким образом Кириллу назначили Полохова, худший вариант, который можно только себе представить.
Какое-то время Ирина полагала, что он, может, профессионал приличный, и даже совсем неплохой парень будет, если немного похудеет, примет душ и погладит брюки, но стоило увидеть его в суде, иллюзии рассеялись. Полохов был, что называется, адвокат-49, то есть исполнял функции защитника по назначению государства, а не по приглашению подсудимого или его родственников.
Так начинают многие. Набирают опыта, показывают свои способности, свою преданность интересам клиента и только после этого начинаются гонорары.
Но Полохов рассуждал иначе. Не хочешь платить – получай худшее из возможного. Бесплатно хорошо не бывает. Вот за деньги я уж расстараюсь, а ради всякого отребья нечего знания тратить и извилины загибать.
В суде он просто отбывал номер, сидел с тупым и высокомерным выражением лица, только плаката над головой не хватало: «так будет с каждым, кто отказывается платить своему адвокату», и от него единственного можно было услышать: «Я целиком согласен с позицией обвинения».
Надутая, мертвая фигура, но формально адвокат есть, придраться не к чему. Как бы намекнуть Мостовому, с каким идиотом он связался, и что еще есть возможность это исправить, пригласить кого-нибудь нормального. Кстати, а где друзья Кирилла? Они же рокеры, протестуют против всего и вся, должны, по идее, держаться вместе, плечом к плечу, как солдаты.
