Он скинул рюкзак, достал оттуда бутылку с минералкой, отвинтил крышку и заставил её сделать несколько глотков.
Потом проводил вниз и даже такси вызвал — у неё самой телефон ещё днём разрядился.
Во дворе на Мику все косились с любопытством и перешептывались: «А что произошло? Не знаете? Это на неё напали? А кто? Из какой квартиры?».
К счастью, вскоре подъехало такси.
Всю дорогу она пыталась успокоиться, внушала себе, что всё уже позади и вообще ничего катастрофичного не произошло, не успело… Но даже когда она вышла у своего подъезда, руки тряслись так, что пока судорожно искала ключ, выронила сумочку и всё разлетелось по асфальту. А главное, телефон упал неудачно — от удара экран подёрнулся сеткой трещин.
Наверное, эта мелкая неприятность стала последней каплей. Потому что Мика вдруг разрыдалась. Присев на корточки, собирала рассыпавшиеся вещи, а сама всхлипывала, то и дело стирая слёзы тыльной стороной руки.
С характерным пиканьем открылась подъездная дверь, и кто-то вышел на улицу. Мика, не поднимаясь, опустила голову пониже — не хотелось, чтобы соседи видели её такой и потом тоже шептались и сплетничали.
— Мика! — услышала она над головой. И тут же рядом присел Лёша и принялся ей помогать. — Что с тобой? Что случилось?
52
Собрав с земли всё, вплоть до старых магазинных чеков, Лёша бережно застегнул молнию и отдал сумку Мике. Только ключ оставил в руке. Встревоженно заглянул ей в глаза.
— Скажи, что случилось? — повторил он.
Он действительно очень переживал, но Мика пока не могла говорить, вздрагивая от беззвучного плача.
— Пойдём.
Он взял её под локоть и повёл домой. Поддерживал до квартиры, словно боялся, что она оступится. Дверь открыл сам.
Потом проводил Мику до ванной и, убедившись, что она стоит не падает, тактично удалился.
Мика тяжело опустилась на бортик ванной и несколько минут сидела так в оцепенении. В голове будто вакуум образовался — ни единой мысли. Но хоть истерика прошла."
"Ладно, выдохнула она. Что делать, она подумает потом. Чуть позже. Слава богу, что она оттуда вырвалась без потерь. И тут в груди кольнуло: а мать как? Отчим же остался в ярости, совершенно невменяемый. Ещё и пьяный. Он же на ней, бедной, сейчас за всё отыграется. А Павлик? Он и так запуганный… Нет, нельзя ждать потом. Чуть позже может быть поздно. Надо что-то делать немедленно, пока её мать не оказалась рядом с матерью Рогозиной или ещё где похуже.
Мика включила холодную воду. Несколько раз плеснула себе в лицо. Потом сняла с сушилки чистую футболку и переоделась.
Когда зашла на кухню, увидела, что Лёша не только не ушёл, но и заварил чай, и даже сделал бутерброды с сыром.
— У тебя кроме хлеба, сыра и какой-то травы ничего в холодильнике нет.