Автор
Сердце колотится от напряжения и тревоги в доме, где обычно царит тихая умиротворенная атмосфера. Неожиданно внезапный поезд из черного металла рушит это равновесие, внедряясь в мир, полный недомолвок и опасности.
Там, на ринге, я пришел в сознание, когда утолил жажду крови до конца.
А здесь…
Здесь был голос. Тихий, едва различимый. Этот голос больше смахивал на шепот, и я совсем не мог различить слова. Но сам его звук пронизывал насквозь, пробирал до костей. Брал за горло.
Ее голос вывел меня из темноты.
Она звала меня. Долго. Отчаянно. Звала так, что охрипла. И я услышал. Сознание еще не включилось, но тело уже подчинилось. Застыло.
Блядь. В этот раз повезло. Я успел остановиться.
А дальше? Потом? Нельзя же просто надеяться на удачу. Вдруг тормоза сорвет окончательно? Сука, а разве это еще не финал?
Перед глазами начинают мелькать кадры.
Она убегает. Иду за ней. Жадно втягиваю воздух. Мне нравится, как она пахнет. Меня до одури сильно к ней тянет. Она пытается убежать. Наивная. Перекрываю ей путь. Отрезаю дорогу со всех сторон. Загоняю добычу.
Моя. Моя ты. Только моя.
Еще не поняла?
Она хватает нож. Пробует защищаться, но я просто перехватываю лезвие, выдираю оружие из ее рук и отбрасываю прочь.
Вижу, как срываю с нее платье. Так смазано. Странно. Будто наблюдаю со стороны. Вижу свои руки на ее теле. Ткань рвется, царапает кожу. И мне самому себе тянет врезать за все это.
Она кричит. Называет меня по имени. Опять старается достучаться. Как заведенная повторяет одно и то же. А я ни хера не слышу, просто наблюдаю за движением ее губ и слюной давлюсь.
Хочу ее. Хочу, блять.
Моя. Сука. Моя, понятно тебе?
— Моя, — шепчет она точно эхом отбиваясь в моей голове. — Моя, моя, моя…
На родном языке пробирает еще мощнее.
Видно, в тот момент идет первая трещина. Застываю. Вслушиваюсь. Жадно ловлю каждый звук, каждый тон ее голоса.
— Твоя! — кричит. — Я твоя, Марат. Твоя. Слышишь? Твоя Вика.
Возвращаюсь обратно. Не сразу, но возвращаюсь. В ее глазах столько боли и страха, что в меня будто разряжают целую обойму свинца.
А потом она зажмуривается. Закрывается от меня.
И так хочется вернуть все. Изменить. Исправить. Но время нельзя ухватить и нагнуть. Нельзя развернуть, как мне нужно.
Похоже, я впервые настолько детально вспоминаю момент провала. Еще и быстро, практически сразу.
Только это тоже ничего не меняет.
Я должен защитить ее. Но не могу оградить даже от самого себя.
Я угроза. Я, блять, опасен. Я же нихуя не соображал. Загнал ее к стене, к этим ебучим ножам и саблям. Разодрал ее платье на части. Я погрузил Вику в очередной кошмар. Затащил за собой в пекло.
А ведь это все как тогда. Раньше.
