Так хочется забыться, сбежать подальше от реальности.
Отец долго болел. Уходил страшно. Рак. Неоперабельный. Уже ничем нельзя было помочь. От него осталась тень, отблеск, не более. Но он улыбался до последнего.
— Я так рад, — сказал мне на прощание.
— Господи, папа… чему? — очень старалась не разрыдаться."
"— Ты моя дочь, — сжал мою ладонь. — Ты сильная.
Если бы он увидел меня теперь. Здесь. Раздавленную. Растоптанную. Униженную. В слезах и в крови. Израненную. Поверженную.
Что бы он сказал?
Это просто царапина. Заживет. Удача благоволит смелым и дерзким. Хватит ныть и скулить. Выбирайся. Сражайся. Ищи выход.
Я не имею права сдаться.
Я поднимаюсь. На колени. Выше не выходит. Озираюсь по сторонам. Сталь мерцает в багровом пламени свечей.
Боже. Откуда тут столько крови?
Тошнота подкатывает к горлу. Рвотный позыв. Сглатываю. Очень стараюсь не обращать внимания на пол под собой. Не изучать, не рассматривать. Подползаю к ближайшей стене. Передвигаюсь с огромным трудом.
Застываю, превозмогаю себя, стараюсь принять боль как неотъемлемую часть организма. Еще рывок. Осталось совсем немного.
Ну, давай. Всего один шаг.
Хватаю первый попавшийся кинжал. Или нож? Плевать. Сжимаю и опять сползаю вниз, сворачиваюсь в клубок. Пытаюсь угомонить жуткие ощущения внутри.
Так. Придется встать. По-нормальному.
Не сразу. Потом. Чуть позже. Через пару секунд. Через минуту. После небольшой передышки. Надо восстановиться.
А может, проще порезать вены?
Смеюсь. Хохочу истерически.
Стоп. Соберись. Действуй.
Я устремляюсь в сторону двери, едва движусь, после приваливаюсь к стене. Перевожу дыхание. Поднимаюсь, будто впервые учусь ходить. Тело протестует, отказывается. Однако я не оставляю другого шанса.
Вжимаюсь в прохладную поверхность. Считаю секунды. Пробую успокоить одуревший пульс.
Я не анализирую ситуацию.
Это не поможет.
Ничто не поможет.
Марат вернется. Рано или поздно. И тогда…
Господи, я и правда брошусь на него с оружием?
Дверь распахивается настежь.
У меня больше нет времени думать.
Мой палач заходит в комнату.
Огромный. Голый. Темный.
Я стискиваю рукоять так, что не чувствую собственные пальцы. Даже вдохнуть не решаюсь. Любой звук может выдать безумный план.
Дерзай.
Я подаюсь вперед. Совершаю единственный шаг. Вонзаю нож в спину. До упора. Бью изо всех сил.
Звериный рык сотрясает реальность.
— Блядь, — выдает Марат.
Разворачивается и хватает меня за горло. Сдавливает. Отрывает от земли, вынуждая захрипеть. Напрочь перекрывает кислород. Лишает опоры.
Выпускаю рукоять. Цепляюсь за его пальцы. За широкое запястье. Царапаюсь. Пробую извернуться.
Проклятье.
Я пропала.
Уже и боли не чувствую. Только ярость. Отчаяние. Ужас. Пьянящий. Срывающий крышу. Вламывающийся внутрь ураганом.