— А ты любишь, когда жестко, да? — кривая ухмылка обнажает зубы. — Ну, валяй.
Марат выдергивает кинжал, точно зубочистку, вгоняет в дверь по самую рукоятку. Не похоже, чтобы он испытывал болевые ощущения. Странно, что вообще удар заметил.
Я вонзила оружие слишком низко. Чуть выше поясницы. В правую часть. Надо было бить выше. Надо было выбрать лезвие подлиннее. Хотя с его громадными мышцами до важных органов не добраться. Такую здоровенную спину невозможно ранить.
Черт. Что?! Идиотка. Теперь он тебя прибьет. Размажет прямо по этому полу.
Чем я думала? Я не думала. А зря.
Улыбаюсь. Как чокнутая.
— Кайфуешь, — хмыкает Марат.
Разжимает пальцы.
Падаю вниз. Больно ударяюсь коленями.
— Ты-ты, — закашливаюсь. — Не дал выбора.
Рефлекторно дрожу. Сжимаюсь.
— Мы могли неплохо провести время, — бросает мрачно.
— Мы?
Марат наматывает мои волосы на кулак, принуждает запрокинуть голову назад, ловит взгляд в пылающий капкан.
— Я бы убил тебя, — говорит ровно. — Без боли. Быстро. Ты бы даже не поняла.
— Как ты… как…
— Я думал, ты умная, — криво усмехается. — Приняла правила игры. Но нет. В башке совсем пусто, раз решила такое вытворять.
— Думал, буду твоей покорной шлюхой? — восклицаю запальчиво. — Буду все вылизывать и высасывать? Буду раздвигать ноги по первому требованию? Добровольно давать в зад? Да ты гребаный псих! Все равно хотел меня прикончить!
— Смерть бывает разной, — от его спокойного тона веет могильным холодом. — И брать тело можно по-разному.
Он нагибает меня, ставит в нужную позу, прижимается сзади. Оголяет шею, медленно трется щетиной о нежную кожу.
— Шальная, — шепчет на ухо. — Это заводит.
Укладывает член между ягодицами. Выкручивает соски.
— Я тебя ненавижу, — роняю судорожно, сдавленно повторяю: — Ненавижу. Чтоб ты сдох. Чтоб ты…
— Отлично, — сжимает мои бедра до хруста. — Тем слаще будет ебать тебя до утра.
Глава 28
Я уже умерла? Это все? Конец?
Очень хочу произнести вопросы вслух, но ничего не выходит. Рот будто вязкой ватой забит. Еле ворочаю языком. Без толку, без особого успеха. Не удается вымолвить ни единого слова. Из горла не вырывается никаких звуков. Даже простонать не получается, просто всхлипнуть и то оказывается непосильным трудом.
Я отчетливо слышу голоса. Мужской и женский. Непонятный язык. Абсолютно неизвестный и неразборчивый. Я пытаюсь ухватить суть беседы по тону, уловить перемены интонации.
Женщина как будто недовольна, резко отчитывает мужчину. Но и он отвечает не менее жестко и грубо. Мрачно. Даже угрожающе. Голос не повышает. Однако кипучий гнев ощутим чуть ли не на физическом уровне.
Тут реальность покачивается. В очередной раз. Стремительно ускользает."
"Погружаюсь во мрак. Опять и опять. Кто-то постоянно отключает свет в моей голове. Щелкает лампочка.