Автор
В темной комнате, под угрожающим светом лампы, я наблюдаю, как теневые фигуры перемещаются. Я не вскакиваю от их шороха по полу – просто наблюдаю. С каждым дыханием сглаживаются границы между реальностью и мечтами, а страшные образы меняют привычное пространство в жестокую страну....
– У него есть дети? А жена? Есть кто-нибудь, кого он любит?
– Это ничего не изменит, Марино. По делу Эдди у вас, конечно, никаких результатов.
– Нет, и в Энрико тоже ничего. У нас его одежда и пуля. Может быть, лаборатории удастся извлечь что-нибудь полезное из того, что вы им подкинули.
– А как там программа по предотвращению тяжких преступлений? – поинтересовалась я, имея в виду его сотрудничество с Бентоном Уэсли из ФБР.
– Трент работает с бумагами, и мы разошлем их через пару дней, – ответил Марино.
– Эдди был похож на того, кто мог бы сесть в машину к незнакомцу?
– Нет, по словам родителей. Либо на него кто-то неожиданно напал, либо кому-то прочно удалось завоевать доверие мальчика, чтобы затащить в машину.
– У него есть братья или сестры?
– Да, и брат и сестра, но они больше чем на десять лет старше него. Думаю, Эдди оказался внеплановым ребенком, – сказал Марино.
Впереди появилось здание тюрьмы.
Фасад, не крашенный долгие годы, был грязно-розоватого цвета.
Когда мы, припарковавшись, вылезли из машины, моросящий дождь уже перешел в мокрый снег.
– Что вы хотели?
Показав свою эмблему, Марино лаконично объяснил, что у нас назначена встреча с начальником Фрэнком Донахью. Она попросила подождать. Окошко вновь закрылось.
– Это «фрау Хелен», – сказал мне Марино. – Я побывал здесь уже столько раз, что и не счесть, но она всегда делает вид, что незнакома со мной. Ну, я не в ее вкусе. Через минуту у вас будет возможность познакомиться с ней поближе.
