Живой журнал Андрея Исаева открывает двери в мир шуток, интриг и откровений. Встречайте четвёртый день записи - здесь жизнь трансформируется под лозунгом "Я сам себе и небо". Мрачные ассоциации с "Аукцыон" сочетаются с теплыми воспоминаниями, создавая удивительную атмосферу. Каждый новый день - это новая история жизни автора....
Жестокость на лице Оли расплылась, оставляя вместо себя беззащитность и безысходность потери. Оля была слабой и проиграла мне."
"— Обещаю: ты никуда без меня не уедешь, — сказал я ей напоследок. И я выполнил своё обещание. В машине Оли, ключи от которой я попросту выкрал, под «запаской» я нашёл ту самую красную папку. В ней были документы, уличающие Олю в финансовых махинациях. Вытащив из папки бумаги, я сличил подписи и отобрал те файлы, на которых был росчерк Самойловой. Три контракта, сожжённые мною за пять минут… Часом позже я передал папку бизнесмену в обмен на его обещание никогда не открывать дело против «Альфы» и никогда не трогать ту, на кого внешне была так похожа Оля Романова…
— Я хочу, чтобы о нашей договоренности никто и никогда не узнал, — сказал я.
— Понятно… А судьба Оли тебя не интересует? — бизнесмен с интересом меня разглядывал.
— Нет, — честно сказал я. — Мы с ней просто спали.
— Вот как? Просто спали… нечего сказать, идейно. А с тобой мне что прикажешь делать? Я-то, в отличие от тебя, Олю любил.
Я пожал плечами:
— Не знаю. Впрочем, что хотите. Мне всё равно. Свои условия я вам озвучил, а вы их приняли.
Бизнесмен задумчиво взвесил папку на руке и покосился на меня:
— Угу. Ты ведь кого-то защищал, да? И что, она того стоит? — Я промолчал. Бизнесмен усмехнулся. — Ну что ж, понятно… А вообще ты далеко пойдёшь, мальчик. Возьми мою визитку. Позвони мне как-нибудь.
Визитку я не взял. Фирма Ольги была закрыта на следующий день. Бизнесмен ушёл в депутаты. Олю Романову я больше не видел никогда.
«She never takes the train alone,She hated being on her own,She always took me by my handAnd says, she needs me…»31,— доносится до меня из проезжающего мимо автомобиля…
Я вздрагиваю и возвращаюсь в настоящее. Смотрю на Колю Лобова и прищуриваюсь:
— Так и какую же историю рассказывал тебе про меня Важнов, Колобок?
— Ну, он… ты того… ты только не злись, Сергеич. Ты не знаешь, но Важнов сам тогда запал на эту клиентку.
— Пустил… Вот что, Коля. — Я в упор смотрю на Лобова. — Забудь о том, что рассказывал тебе Важнов. Ты меня понял? Или ты вылетишь из агентства и никуда больше не устроишься. Это я тебе обещаю. Кивни, если до тебя дошло.
Колобок испуганно кивает, а я отворачиваюсь от него и набираю код на двери «Альфы».
