В зимнюю Январскую ночь, шум и гам вокруг клонились к утиханию. Но среди этого тихого ветра, затаившийся в каменном доме, доносился рев драки — словно из-под земли поднимались восстания и мольбы о свободе. Здесь и сейчас, жизнь как на ладони.
Похоже, «Жизнь как на ладони. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы отнимем у них их богатства и отдадим их вам! – выкрикнул трибун.
– Тьфу… слушать тошно, – рабочий развернулся и раздражённо стал выбираться из толпы.
– И вы уходите, барин, поберегитесь, – предостерёг он Тимофея, видимо, почувствовав в нём такого же несогласного, – беда в нашем Отечестве. Ох, и беда.
«Беда, кругом беда», – хрустели шаги по заметённой снегом мостовой."
"Каждый раз на подходе к дому сердце тревожно замирало: что с семьёй? Как родные пережили ещё один голодный и страшный день?
– Барин, барин, подь сюда, – донёсся шёпот из подворотни, и чья-то рука поманила Тимофея из-за обитой железом двери бывшей привратницкой.
Молодой человек заколебался. С одной стороны, раз люди зовут, то, может быть, нуждаются в помощи или совете, а с другой – по городу ходят упорные слухи о грабителях, заманивающих прохожих. Народ судачит, что каждое утро на Марсовом поле находят трупы раздетых и убитых.
– Не бойся, барин, – подхлестнул его тот же шёпоток, – дело скажу.
Тимофей окинул взглядом окрестность.
«Волков бояться – в лес не ходить», – Тимофей круто развернулся и шагнул в указанном направлении.
Его встретила давящая на уши тишина и сырое тепло застоявшегося воздуха.
– Сюда. Сюда.
Колеблющийся в отдалении огонёк лучинки говорил о том, что в подвале, заставленном лопатами и вениками, есть люди.
– Мир вам, – громко поздоровался Тимофей, вглядываясь в три неподвижно сидящие фигуры. Все молчали. Было слышно только свистящее дыхание одного из них. – Зачем звали?
Чтобы лучше видеть, Тимофей взял со стола горящую лучинку, воткнутую в пустую бутыль, и поднял повыше. Световой круг разошёлся по сторонам, осветив три пары блестящих глаз, сверкавших из намотанных на головах тряпок, и доктор понял, что перед ним дети.
«Похоже, мальчики, – определил он. – Хотя, кто его знает?»
– Дяденька барин, – сказал паренёк, сидевший в середине. – Я тебя давно приметил. Ты – доктор. Домой не ходи. Там красногвардейцы орудуют. Офицеров ищут.
«Сева!» – Тимофей почувствовал, как у него похолодели кончики пальцев. Он перехватил саквояж и рванулся к двери: бежать, спасти!
– Дяденька лекарь! – детский выкрик остановил его на полпути.
