Автор
В теплом июльском ночной воздухе щебечут перья, а под моим телом зыбко заскрипели сосновые бревна. Я лежу спиной на мягком подстилке деревьев и чувствую легкий ветерок дунуть через лицо — такая спокойная атмосфера, словно мир вокруг медленно и гладко переливается зелеными пятнами....
И ты еще смеешь говорить, что я тявкаю попусту?
- Я не знаю никакого Тихаря! А ежели тебе, Бур, восхотелось засунуть башку в зад кобыле и что-то там разузнать, то это твоя забота, меня не впутывай. И не размахивай у меня перед носом мечом, порежешь еще невзначай.
Шибай держался прямо как авторитет на допросе, смекнувший, что его берут на понт и поехавший в отрицалово. Правда, я не догнал при чем тут кобылья задница, но списал это живописное сравнение на местный фольклор.
Шибай мельком взглянул на меня и подмигнул.
- Ну, раз ты весь такой хороший, тогда скажи своим людям отдать нам оружие и пойди с нами к Головачу.
Что интересно, Завид не проронил при разговоре пока еще ни единого слова. Видимо, заранее договорилиськто из них двоих будет качать. Вот только не удавалось Буру сбить опытного Шибая с толку.
Черт, где же носатый с мучнорылым? Почему не выходят? Мое голодное нутро сжалось в комок от нехорошего предчувствия.
- И пойду, - деловито заявил Шибай. - Я и так сегодня к нему собирался заглянуть.
Бур поднял брови, кинул взгляд на Завида."
"Что-то тяжелое бухнуло в спину Жука. Из груди коренастого разбойника как росток, пробивший твердую почву, высунулось острое, окровавленное жало. Распялив рот в немом крике, Жук нелепо растопырил руки, словно предлагал с ним обняться и нехотя повалился вперед. Между его лопаток торчало древко короткого копья, точно зубочистка из канапе.
