Автор
В теплом июльском ночной воздухе щебечут перья, а под моим телом зыбко заскрипели сосновые бревна. Я лежу спиной на мягком подстилке деревьев и чувствую легкий ветерок дунуть через лицо — такая спокойная атмосфера, словно мир вокруг медленно и гладко переливается зелеными пятнами....
Но первое, что я скажу своему брату - не знаю почему эти свирепые северяне кинулись на вас. На моих руках нет ничьей крови.
- Кровь у тебя на языке и этого достаточно. Придумай чего-то получше, но не жди, что это тебе сильно поможет. Кстати, где твой беловолосый приятель? Серый как его там... Это ведь его люди были с тобой?
Перед внутренним взором всплыло лицо седого здоровяка с безразличными буркалами убийцы. Его только здесь не хватало...
- Его. И я ими не доволен, - желчно ответил Шибай, с гримасой боли шевеля той стороной лица, куда пришелся удар Бура.
- Вот вместе и спросим, - сурово посулил Бур и побрел прочь от дядюшки.
Связанного и стреноженного Шибая усадили на травку и оставили на берегу под присмотром злого как десять чертей Завида. Младшему сыну боярина Головача вражий клинок, скользнув по неудачно подставленному мечу, напрочь отсек два пальца на правой руке. Одинец с Невулом крепко окрутили поврежденную кисть Завида чьей-то исподней рубахой, разорванной на полосы.
Было заметно, как Завид сдерживается, чтобы не отпинать беззащитного дядю со всей яростью пострадавшего в чьи руки попал виновник этих страданий.
Кроме меня самого, Одинца и Невула ранеными оказались все из оставшихся в живых.
На мой дилетантский взгляд некоторые из ран требовали немедленного хирургического вмешательства, а их носители нуждались в покое и постельном режиме. Этой же точки зрения придерживался и Бур.
- К Родиму в весь надо идти, - сказал он и мрачно поглядел на противоположный берег озера. - Тетка Акушка ими займется. В Виров мы их быстро не допрем. Поможете весла крутить? Там и добычу поделим.
- Поможем, - после непродолжительного раздумья согласился я.
