Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Любое усилие требовало напряжения всего организма. Сердце застучало, по спине пошёл пот. Но, всё же одна рама поддалась, со скрипом открылась и упёрлась в решётку. Ваня просунул голову в проём, с удовольствием вдохнул чистого воздуха и громко позвал:
— Эй, товарищ!
«Товарищ» поднял голову, обернулся и не смог понять, откуда разносится такое подзабытое обращение, разнёсшееся эхом по всему двору. Узник просунул руку, помахал ладошкой и повторил попытку:
— Товарищ, я здесь. Первый этаж.
Гражданин в плаще заметил руку и голову за решёткой, кивнул в ответ, собрал сумку и подошёл к окну.
— Вам чего, товарищ?
— Извините, пожалуйста, что отвлекаю вас от полезного дела, но не подскажите, который сейчас час?
— Вы ещё у меня дорогу в библиотеку спросите, — усмехнулся гражданин и добавил: — Я свои часы на рояле оставил.
Иван Рудольфович улыбнулся тонкому юмору, протянул руку к столу и показал в открытое окно бутылку «Рояля»:
— Гражданин в шляпе не желает присоединиться к партии роялистов?
Мужик с холщовой сумкой в руке облизнул губы, задумался и резонно спросил:
— Палёнка?
— Нет.
— Ну, тогда и я всегда готов! — Гражданин в плаще и в шляпе протянул руку ближе к решётке. — Всеволод Александрович. Для друзей просто — Влад.
— Иван Рудольфович. Стало быть, для вас — Ваня.
— Не против.
— Влад, а тебе как разбавить: как обычно или покрепче?
— А мы классику завсегда уважаем. Сделай, пожалуйста, на сорок оборотов.
— Всегда приятно иметь дело с консервативным человеком, — улыбнулся Иван и скрылся на кухне для изготовления божественного напитка. Вскоре из-за решётки высунулась рука с посудой, и благодарный Влад лихо засадил стакан и занюхал рукавом своего видавшего виды кожаного плаща. Вслед рука Ивана протянула хлеб с маслом.
Благодарный знакомец с аппетитом зажевал принятый на грудь эликсир жизни, а новый приятель за решёткой поднял руку со стаканом и тоже маханул за знакомство. Этикет был соблюден по всем канонам неожиданной встречи двух интеллигентных мужчин. Всеволод Александрович стал с интересом разглядывать ржавую решётку:
— Иван, а ты в курсе того, что этот дом в нашем городском приличном обществе имеет очень дурную славу?
Узник за стеклом опустил голову:
— Догадываюсь.
