Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Боксёр автоматически прикинул расстояние до противника, подумал, что даст Молдаванину ударить первым, сам уйдёт нырком в сторону и на извороте зацепит левым кулаком сбоку височную часть головы противника. Удар опасный, височные кости хрупкие, но и тюремная камера не ринг…
Сева заметил, как Спикер мазнул взглядом в сторону Тимура и перекинул нож из руки в руку. У смотрящего перед глазами возникла картина, как только что, полчаса назад Студент с азартом гонял своего кореша по тюремному двору. Бунт на корабле? Эти двое раскидают хату, как нечего делать.
Смотрящий по камере — человек по определению опытный, умный и спокойный. Для авторитетного вора такого уровня физическая сила особой роли не играет. Не царское это дело — с молодыми в своей же хате махаться. Савелий в упор взглянул на Тимура:
— Студент, будь проще и перегрузи думалку.
— Пусть первоход вначале за базар ответит, — упрямо возразил вор и намотал полотенце на кулак.
— Ша, Молдаванин. Базар оставляем до завтра.
Опытный зек взглянул на смотрящего, кивнул, откинул полотенце и потянулся к кружке с остывшим чаем. Порядок и дисциплина в тюремной камере…
Кантемиров знал, что слова «будь проще» означают, что сегодня ему никто не причинит вреда, тут сидят обычные люди, которым не нужны проблемы.
"Авторитетный вор Савелий Симонов понял, что Студент не так прост, как обычные «автоматчики», впервые попавшие в места лишения свободы на гражданке. И это правильно, когда молодой арестант печётся о своей репутации в хате. Бывалый уголовник Сева, с его тюремным опытом, знанием и пониманием психологии людей, находящихся в заключении, так и не смог пока раскусить арестанта Кантемирова…
До позднего вечера Тимур даже не взглянул в сторону своего оппонента.
