Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Она там винным отделом заведовала. Магазин был большой, а мясной отдел — самый центр, вокруг которого крутились интересы всех продавцов. Второй центр притяжения — это винно-водочный отдел. Про интересы руководства я интеллигентно промолчу… — Бывший мясник многозначительно посмотрел на бывшего дозиметриста, который согласно кивнул. Иван продолжил: — Весил я в те былинные времена намного больше, чем сейчас, и силушки у меня хватало. И был у меня наставник татарин Равиль, который не только рассказывал о тайнах своей профессии, но и с готовностью взялся учить меня ремеслу.
— Откуда мне знать тонкости мясницкой профессии?
— В основном три схемы разруба: смоленская, ростовская и московская. Помнишь, Кеша, красивую схему разруба, висевшую в советские годы в каждом мясном отделе?
Слушатель наморщил лоб и снова согласно кивнул.
— Так вот, это схема смоленского разруба. А в нашем магазине практиковался московский разруб. Ибо, для работников универсама московский разруб был куда как приятнее, чем смоленский или ростовский. Куски выходят гораздо мясистее, а для своих и вовсе вырубаются части без костей. В итоге получается чудо расчудесное — туша одна, а при московском разрубе костей меньше. И всем понятно, что у колоды стоит настоящий мастер своего дела.
— Иван, мы с вами отвлеклись, однако, от темы алкоголя и перешли на тему мяса.
— Виноват. Увлёкся приятными воспоминаниями. А дальше всё было, почти как у тебя. Я начал потихоньку пить, у меня возникли новые друзья, а в винном отделе появились такие экзотические напитки, как «Наполеон» и «Амаретто». Я рубил нужные куски нужным людям, а люди эти благодарили меня от всех щедрот своей души.
Бывший мясник налил себе минералки, залпом выпил и продолжил:
— Мамина подруга проворовалась в своём отделе и её втихую сбагрили с магазина. Вслед за ней и меня. Жить дальше без эксклюзивного мяса я мог, а вот без алкоголя уже было никак. Вот и втянулся.
