Автор
Иван Рудольфович Шильд просыпался в темноте, ощущая скрип паркета под собой и жар от старого матраса. Его мозги ещё не успели восстановиться после смены привычного ложа, когда мир вокруг начала медленно приобретать форму — вид улицы за окном, запах новой обувки. Череп давил тяжелым грузом над плечами, голова раскалывалась от боли, и это не могло не сказаться на решении приступить к поискам нового жилья....
Затем глубоко вдохнул весенний воздух за окном и шумно выдохнул в приоткрытое окно. Жить стало немного легче, а желание принять на грудь отсутствовало напрочь… Может быть, помогла секретная таблетка? Интересно, какие документы надо было подписать соседу с самого утра? Вряд ли Кеша вспомнит сегодняшние события. Иван прошёл в комнату и только сейчас обратил внимание на необычную тишину в жилом помещении. Иннокентий, находясь в запое, всегда спал шумно и прерывисто. Сейчас не было слышно ни хриплого дыхания соседа, ни скрипа старой кровати от беспокойного сна пьющего человека.
Ваня решил не включать свет, прошёл к окну и отдёрнул штору. Жёлтая луна заглянула и в эту комнату, освещая соседа. Иннокентий лежал на своём месте, без одеяла, в одежде и свернувшись калачиком. Холодный свет высветил лицо и руки спящего друга. Иван подёргал за плечо:
— Эй, товарищ?
Сосед даже не шелохнулся. Мужчина приподнял руку спящего товарища, неожиданно ощутил твёрдый холод и с испугу резко отпустил.
Шильд медленно вернулся к выключателю, погасил свет, прилёг на свой матрас на полу комнаты, также свернулся калачиком и тихонько завыл от пронзительной боли в душе и безысходности.
Прерывистая речь мужчины была больше похожа на молитву. Иван знал, что Кеша его слышит. Обязательно слышит. Перед глазами живого человека стоял улыбающийся Иннокентий Константинович Зубов, к которому он успел привыкнуть и которого искренне считал своим задушевным другом.
А Ваня пока останется здесь. Он просто должен остаться, выжить и отомстить за друга. И за себя тоже. Это неправильно и так не должно быть, чтобы из-за квадратных метров убивали людей. Иннокентий был прекрасной души человек.
