Жизнь — это просто огромная жестянка, в которой мы постоянно переживаем поток событий. В пробке я восклицаю, подпевая радиоприемнику о том, как жизнь ну ее в болото! Здесь серые машины и лица людей скрывают радостные признаки весны за окнами.
Меня моя никогда вот так не укладывала…
— Спи. А в следующий раз надумаешь среди ночи так орать — пять раз подумай. Выпорю, как сидорову козу. Ремнем по заднице. Поняла?
Преданно киваю. После того, как Стрельников так ловко пошурудил с моим компьютером и пообещал все исправить, я неожиданно совершенно успокаиваюсь. Странно, никогда и не думала, что он такой спец. Наверно не только за дикие версии и дурацкие идеи ему деньги платят… Кондрат у них — силовое прикрытие. Андрей был чем-то вроде опера — собирал информацию, контактировал с людьми.
Глава 5
А утром мы все узнаем, что Коршун арестован за двойное убийство. Кондрат и Стрельников, услышав новости, стремительно отбывают в неизвестном направлении. Возвращаются часа через три. Злые и дерганые. Тем не менее склоняют свой высочайший слух к моим мольбам и кое-что рассказывают.
Оказывается Коршуна взяли прямо «на месте преступления». Свидетелями убийства, которое он совершил, стали сразу трое. Добры молодцы утверждают, что сами они люди не местные, гуляли себе по темной предрассветной улице, потому как у тамошней помойки очень уж красиво было, никого не трогали, и тут на них ни с того, ни с сего напал Коршунов.
Все это шито белыми нитками. А потому, вывод, к которому приходит Стрельников, ни у кого никаких сомнений не вызывает:
— Это подстава.
— А сам-то он как?..
Мне страшно. Один против пятерых.
— Да что ему сделается-то? Ну физиономия расквашена… Подумаешь…
Подумаешь! Ничего себе — подумаешь!
— Мы должны ему помочь!
В ответ оба косятся на меня весьма иронически.
— Мне нравится это «мы», — ворчит себе под нос Стрельников, а Кондратьев только пожимает плечами.
— Как?
— По-моему, это очевидно. Нужно звонить Борзунову. Административный ресурс в нашей стране — это сила.
Переглядываются.
