В сырой тишине городов, где каждый шаг кажется последним в жестокой битве с капризным штормом, Лук избегает глаза Ганнона. Они вместе противятся бездонной дождевой грозы, но каждый новый день кажется бесконечностью страданий. Жнецы ветра – это ожесточенная битва между людьми и природой, где каждое слово важно, а каждый шаг может быть последним....
Лицо у нее было заплаканным и испуганным, даже несмотря на то что девушка старалась скрыть страх. Справа от нее, в углу, стояло высокое зеркало, и Проклятая, ощутив мгновенную вспышку ярости, разбила его вдребезги. Пленница закрылась руками от острых осколков.
– Уберите все. Живо! – прикрикнула Сестра Сокола на застывших набаторцев.
Те засуетились, голыми руками хватая обломки и складывая их в куртку. Один из воинов порезался, тихо выругался, но работы не прекратил и, кажется, начал шевелиться еще быстрее, чем раньше.
– Как твое имя, девочка? – спросила Проклятая.
Та в ответ лишь сильнее сжала трясущиеся губы.
– Нет смысла отпираться и молчать. Упрямством ты только причинишь себе вред. Рано или поздно я все равно узнаю, как тебя зовут. Времени у нас много.
Девушка подняла на маску настороженный и в то же время полный надежды взгляд. Оспа легко его разгадала и усмехнулась про себя:
– Я не буду тебя убивать.
Нет ответа.
– Сейчас тебе принесут еду. Съешь ее. Вряд ли ты хочешь умереть от голода, раз так жаждешь жить. Если ты и дальше станешь корчить из себя недотрогу, я рассержусь. И стану кормить тебя сама. Поверь, это не доставит тебе удовольствия.
– Почему ты убила его? – неожиданно спросила Ходящая, и ее голос предательски задрожал.
Вначале Оспа даже не поняла, о ком идет речь, а затем вспомнила мальчишку, который был вместе с девушкой, и жестко сказала:
– Потому что он был опаснее, чем ты.
Проклятая в последний раз посмотрела на серебряную прядь в черных волосах пленницы и вышла вон, плотно закрыв за собой дверь.
– Кадир, – задумчиво протянула Аленари.
– Да, о Звезднорожденная?
– Остался в живых кто-нибудь из слуг?
– Да, о Звезднорожденная. Больше десяти человек. На их счет никаких распоряжений не поступало. Госпожа Батуль хотела отпустить их завтра.
– Мне нужен самый смышленый из них. Желательно тот, кто общался с Ходящими, а не проводил время на кухне.
– Я распоряжусь, чтобы солдаты нашли такого.
Аленари вошла в кабинет, пропустив вперед себя уйга. Ей навстречу выступил невысокий худощавый человек в грязном плаще с вышитыми на нем сапогами и облаком. Темные глаза цепко скользнули по Проклятой, задержались на маске чуть больше, чем это позволяли приличия, и немолодой мужчина молча поклонился.
