В этой книге погружаешься в мир закулисной борьбы и политических схваток 19 века. Казаки-некрасовцы, казаки из ряда вон выходящие, и сама Екатерина Великая - все они здесь и готовы развязать настоящий адский кровопролития за земли Сибири. Там ждут не дождаться сметливые люди, приехавшие из центра страны для проверки новых методов управления и развития ресурсов....
Похоже, «Жребий праведных грешниц» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Для Сони и Мани это была привычная Таня, которую время от времени посещали приступы лихого веселья. Она щипала, щекотала сестер, вынуждая пуститься в догонялки, в забег по квартире, в кружение вокруг стола в гостиной, в борьбу и потасовку с визгами и воплями. Бама говорила: «Некуда инэргию девать. По старому времени – замуж созрели, а по нонешнему им еще образование получать».
Таня вернулась из кустиков с вытаращенными глазами:
– Тут такие комары! Вы заметили? Это какие-то сумасшедшие доноры!
– Доноры как раз мы, – уточнила Маня.
"Деловая Таня снова взяла командование, но уже без волевой суровости, которая была, как поняли сестры, подавленной паникой. Травмированный сустав Ивана надо жестко зафиксировать, обездвижить, чтобы ткани и сухожилия могли срастаться без лишних нагрузок. Бинтов у нас нет. Что может послужить повязками? Открывает багаж. Комбинашки сойдут. Режем их на полосы. Чем режем? Маникюрными ножничками. Рвем руками, зубами.
Боль в плече утихала, хотя дышать по-прежнему получалось у Ивана только мелко. Глубоко втянул воздух – в груди тупой удар. Все удары можно перетерпеть, наблюдая, как девушки, отмахиваясь от комаров, рвут свое нежно-воздушное кружевное белье.
– Можно мою рубаху использовать, – подал голос Иван.
– Что ж ты раньше молчал? – спросила Маня. – Изверг!
Таня и Соня подхватили:
– Шоб тя язвило!
– Шоб ты чебурахнулся и не поднялся!
– Родимец тебя расшиби!
– Ветрогон.
– Кандальник.
Девушки обзывали его безгневно. Как если бы играли в игру «Назови деревья». Дуб, осина, сосна, липа…
– Переселенец! – окончательно пригвоздила Таня. – Рубахе своей скажи «Прощай!». Мы ее тоже порежем, ребра твои перебинтуем. Станет чуть легче, но не особо. Будешь пару недель дышать как испуганный суслик. Медленно садишься, начинаем тебя пеленать.
– Откуда вы знаете… можете ругаться по-нашему?
– Ваши комары кусали наших предков, – ответила Таня.
– Как же они соскучились! – хлопнула себя по шее Соня.
– Кстати, вы знаете, кто такой «ветрогон»? – спросил Иван.
– Ой, только сейчас догадалась, – скорчила смешно-извинительную рожицу Таня. – Девочки, ветрами называют кишечные газы. Лекарство, соответственно, ветрогонное. Ваня, за ветрогона извини!
– Пардон!
– Ви а сори!
За все время по дороге не проехало ни одной машины.
