Герой открывает истину: в мире империи добро и зло поменялись местами. Тёмные силы защищают государство, а Светлые его разрушают. Осознав эту инверсию, протагонист берёт на себя роль жреца Первородного Хаоса, чтобы разрушить чёрно-белое мировоззрение и восстановить истинный порядок вещей.
Раздел Chitat.online для книги «Жрец Хаоса. Книга I» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой открывает истину: в мире империи добро и зло поменялись местами. Тёмные силы защищают государство, а Светлые его разрушают. Осознав эту инверсию, протагонист берёт на себя роль жреца Первородного Хаоса, чтобы разрушить чёрно-белое мировоззрение и восстановить истинный порядок вещей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой открывает истину: в мире империи добро и зло поменялись местами. Тёмные силы защищают государство, а Светлые его разрушают. Осознав эту инверсию, протагонист берёт на себя роль жреца Первородного Хаоса, чтобы разрушить чёрно-белое мировоззрение и восстановить истинный порядок вещей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга I» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Всё что я смогла, это обратиться за помощью в представительство рода в столице. Меня забрали у отца за жестокое обращение, мать устроили в доме для душевнобольных, а меня — в интернат для сирот рода. Там, собственно, меня и заприметил господин Угаров и отобрал для прохождения повторного теста. Ведь изначально во мне преобладало лечение из светлого спектра. Но подобный отпечаток от Святой Длани на лекаре не мог остаться незамеченным. Из чего все сделали вывод, что тёмный спектр во мне победил. Так меня и отправили на повторный тест.
М-да… Так себе история, с душком. Вызывала больше вопросов, чем давала ответов. Услышанное нужно будет ещё хорошенько обдумать. Помочь девочке помогли, спасли от отца деспота, мать пристроили под специальный уход, а саму даже отправили на обучение и прохождение повторного теста. То есть с формальной точки зрения род в меру своих невеликих сил отработал на пять с плюсом, но отчего-то всё равно на душе оставался гадкий осадок.
— Ещё какие-либо слабости, боязни, страхи?
— Ненавижу отца. Боюсь змей. Наверное, сейчас это всё, — коротко завершила обнажение своей души Эльза. — А что касается тебя, Юрий? Какие твои слабости и страхи? Где мне нужно тебя поддержать?
Девушка стремительно постаралась перевести фокус на меня. Но уже той откровенности, которую она себе позволила, мне для первого раза было достаточно. Всё-таки Эльза — умница. Понимая, в какие отношения и в какой ситуации мы с ней оказались, она решила играть на максимуме всех своих возможностей. Судя по всему, движимой силой этой игры для неё была месть отцу. А через него и Ордену.
Что ж, подобное откровенное заслуживало откровенности в меру тех сил и возможностей, которыми я обладал.
— Со мной всё проще и сложнее одновременно. Мои слабости? Я их попросту не знаю. Моя внешность? Ты сама видела, какая она. Из того, что ты должна знать сейчас, моя основная слабость — это практически полное отсутствие памяти."
"— Но как такое возможно? Мы с княгиней… Мы видели, как ты, абсолютно не напрягаясь, орудовал полным набором столовых приборов. А это этикет, образование, воспитание, умение вести беседу… а постулаты, которые ты высказывал ей за столом. Это же риторика, ораторское искусство, философия, теология, в конце концов. Да, пусть и еретическая.
Эльза с жаром перечисляла мне, пытаясь убедить меня же в том, что я не неуч.
— Эльза, милая, я не говорю, что я не образован. Я говорю о том, что я не помню. В ночь перед прибытием господина Угарова вместе с врачом Лемонсом меня пытались отравить. В себя я пришёл только тогда, когда услышал разговоры Беловых над моей головой. Это семья, которые меня воспитывала. Отец и сын обсуждали, что я должен был сдохнуть, но по какой-то причине выжил. И это их очень расстроило.
