Мир, где добро и зло поменялись местами, требует нового порядка. Жрец Хаоса восстаёт против устоявшихся догм, разрушая чёрно-белое миропонимание. Его миссия — вернуть первородный хаос и переписать правила игры, где империя и боги предстанут в совсем ином свете.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Жрец Хаоса. Книга III»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Мир, где добро и зло поменялись местами, требует нового порядка. Жрец Хаоса восстаёт против устоявшихся догм, разрушая чёрно-белое миропонимание. Его миссия — вернуть первородный хаос и переписать правила игры, где империя и боги предстанут в совсем ином свете.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мир, где добро и зло поменялись местами, требует нового порядка. Жрец Хаоса восстаёт против устоявшихся догм, разрушая чёрно-белое миропонимание. Его миссия — вернуть первородный хаос и переписать правила игры, где империя и боги предстанут в совсем ином свете.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга III» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Зачем? — начал раздражаться он, однако же, увидев мой взгляд, всё же принялся расстёгивать золотые пуговицы с гербом феникса.
Пальцы его слушались неохотно, однако же он всё же последовал моему совету. Спустя минуту мундир полетел ко мне в руки. И в этот момент, убрав за спину предмет гардероба с половиной артефактов, я смог рассмотреть где-то в районе солнечного сплетения у него энергетическую кляксу, весьма похожую на ту, которую совсем недавно я уничтожал у княгини.
Клякса была алой в цвет магии принца и живой. Она шевелилась на солнечном сплетении, пытаясь пробраться глубже сквозь ауру Андрея Алексеевича к его средоточию.
— Ваше Высочество, а где вы были до того, как вернулись к нам в приёмную и отправились с нами на бал? — задал я интересующий меня вопрос. — Надеюсь, вы не отправлялись за благословением в столичный храм Ордена Святой Длани?
— Я что, похож на сумасшедшего, по-твоему? — вспылил принц. — Пожарские никогда не были адептами подобной религии для простецов! И вообще, кто давал тебе право задавать такие вопросы? Не забывай своё место, Юра, ты камер-юнкер, а не кто-либо ещё. Ты мне не друг и не родственник, чтобы задавать такие вопросы. У меня родственники сейчас сидят в казематах, не говоря уже о том, чтобы вести себя столь наглым образом."
"Я всматривался в растущее раздражение принца и думал, как бы ему сообщить об увиденном.
— Ваше Высочество, я не просто так спрашиваю. Вспомните, где вы находились до этого, и не слышали ли вы некое пение?
Из ауры принца по кляксе пытались бить языки пламени, но столь небольшие, будто он старательно сдерживался. Защита рода начала работать?
— Юр-ра… — зарычал он, пытаясь привести себя и меня в чувство. — Я молился в родовой крипте, просил помощи у отца на будущее правление.
— И как? Он вам ответил? — поинтересовался я, наблюдая за поведением ауры принца и кляксой.
— Ответил… Он благословил меня на правление! — принц с вызовом вздёрнул подбородок, будто я сейчас посмел оспаривать его права на трон.
— Как бы не так, Ваше Высочество… вас не благословили, а прокляли.
Глава 17
Принц молчал, но в его глазах отражалось то бешеное пламя злости, то ледяной холод презрения. И лишь изредка там мелькал вполне знакомый, осмысленный взгляд. Как будто всё внутри принца сопротивлялось здравомыслию. Молчание затягивалось, а я продолжал наблюдать за поведением его ауры, ведь самым странным было именно оно.
Возможно, у принца была некая родовая защита, но сейчас языки пламени, бьющие из его ауры, пытались подступиться к проклятию. Не слизывали и не обжигали его, а будто нежно поглаживали. И из того, что я видел, странная клякса алого цвета… как будто бы подпитывалась от его магических сил. И мне очень не нравилось такое положение вещей.
