Вечеринка под звёздами у Императорского двора оставила Елизавету Алексеевну впечатлённой и взволнованной. После полуночи она вернулась к себе в покои, несомненно уже готовясь к следующим приключениям. В этот раз сюжет перенесёт читателей на новый уровень загадочности и опасностей, где они окажутся непосредственно среди действующих лиц исторического ритуала, о котором Елизавете не было позволено узнать раньше времени....
Похоже, «Жрец Хаоса. Книга IV» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Если она взялась обучаться медицине и поднимать на ноги больных — она этим занималась в соответствии с графиком. При этом развлечения никоим образом не влияли на её основную работу.
Поднявшись по ступеням, первым вошёл отец. Граф Солнцев окинул меня тяжёлым взглядом, словно оценивал соперника.
— Граф Солнцев Сергей Александрович. Отец Дмитрия. Прибыл для обсуждения и разрешения сложившейся ситуации.
— День добрый, Сергей Александрович, — поздоровался я. — Княжич Юрий Викторович Угаров, в некотором роде — коллега вашего сына.
— Княжич, я хотел бы видеть ещё и княжну, — добавил Солнцев.
— За ней уже послали.
Я увидел, как слегка дёрнулись губы графа в понимающей ухмылке.
— Сударыня соизволит почивать после бала? — уточнил он.
— Сударыня — лекарь и соизволит лечить людей в больнице. Своим даром она дорожит и предпочитает не пренебрегать обязанностями.
Мой ответ произвёл впечатление на Солнцева, он снова покосился на сына и покачал головой, однако же ничего не сказал. Мы направились в кабинет. Там уже заранее были подготовлены угощения. На правах временного хозяина я предложил мужчинам для начала выпить кофе, поскольку хоть и была середина дня, однако же после бессонной ночи сей напиток был практически амброзией.
Спустя несколько минут к нам присоединилась княгиня и заняла место во главе «т-образного» стола.
Сергей Александрович заговорил первым:
— Род Солнцевых приносит извинения в связи с досадным недоразумением, произошедшим сегодня ночью на балу. Мы прекрасно осознаём, что поведение Дмитрия Сергеевича было непозволительным и не соответствующим достоинству мага и дворянина. Но также мы надеемся на снисхождение в связи с тем, что репутации и здоровью княжны не был нанесён непоправимый урон.
Практически из ниоткуда в руках у графа Солнцева оказалась компактная резная шкатулка, где-то тридцать на тридцать сантиметров. Стоило графу передвинуть шкатулку в сторону бабушки, как та открылась, демонстрируя внутри три яруса с бархатной подложкой, на которой расположился комплект украшений на пятнадцать предметов.
