Автор
В Уэльсе, в глубине леса и за пределами деревни, тихие костры стали важной частью местного умиротворения. На холме стоит старое здание, охваченное светом костра, как наседка над своими цыплятами, создавая впечатление спокойствия и тепла в серых предрассветных тенях.
— Какая трагическая история! Неужели никто не удивился тому, что Тира не звала на помощь, когда на нее напали? Может, несчастья и не произошло бы.
— Она была очень скромной девушкой и всего боялась, — ответила Джейни. — И, без сомнения, не решилась закричать, а может, ей просто заткнули рот.
— Говорят, Тира с самого рождения была слабым ребенком, — добавила Модья. — Еще чудо, что ее оставили в живых.
— Оставили? Что это значит?
— Таков обычай, Бренна, — с отвращением объяснила Джейни.
— Что ты говоришь? Что это за обычай? — Бренна смертельно побледнела."
"— Представляешь, — волнуясь, начала Модья, — новорожденный должен быть признан отцом, независимо от того, женат ли он на матери ребенка или нет. Как ты знаешь, для этих людей важнее всего сила и гордость. Они ненавидят слабость. Считается, что недостаточно сильные люди не могут выжить на этой суровой земле.
— Но это варварство! — возмутилась Бренна, стараясь подавить подступившую к горлу тошноту.
— Что именно? — осведомился Эрин, внося охапку дров.
— Обычай отказываться от хилого ребенка и бросать его на произвол судьбы, обрекать на смерть от голода и холода, прежде чем мать успеет хотя бы взять его на руки, — объяснила Джейни.
— Но какое же это варварство?! — вмешался Эрин, сбрасывая дрова у очага.
— А по-твоему, нет? — огрызнулась Бренна. — Ты такой же язычник, как эти викинги, Эрин, если признаешь этот омерзительный обычай.
— Вовсе не так.
— Верно, — согласилась Джейни.
— Что ты хочешь этим сказать, Эрин?
— Связь между матерью и младенцем крепка, но лишь в том случае, если мать увидит и узнает малыша.
— Значит, ты считаешь, что милосерднее убить ребенка при рождении, пока несчастная женщина не успела полюбить его? — возмутилась Бренна.
