Книга о коррупции в России, где история разворачивается между реальностью и мраком бандитских локальных эшелонов. Страна переживает трансформацию: от заклятия коммунизма к скрытой легализации нелегального бизнеса. Криминал стремится впереться в власть, но рискует стать частью страшной смены....
И я не советую тебе с ними общаться, у тебя целый террариум друзей.
К ним подошел прилично поддатый дипломат Гоша.
— Вы пьете, Юрий? — грузно опустился он рядом с Ельцовым.
— Если это вопрос, то нет. Если предложение, то да.
— Не хватить ли нам коньячка?"
"— Мне немного, еще в город возвращаться, машину вести придется.
— А я выпью, — прогудел за их спиной Осипов, — Гоша, давай по полторашке для разгона. — Он мощной рукой обнял нетвердо стоящего дипломата, и они пошли в глубь участка.
Наташа с интересом наблюдала за Ельцовым и Ириной.
— Кто это? — спросила она у жены поэта.
— Мразь. Ты представляешь, Алешины стихи были вставлены в спектакль в театре на Таганке, так она похвалила пьесу, а о его стихах написала, что они утяжеляют действие и написаны человеком, явно не понимающим, для чего поставлен спектакль. Можешь себе представить? Алеша не понимает, а она понимает. Нашли друг друга, два сапога — пара. Скажи честно, зачем тебе сдался этот уголовник?
Наташа пригубила вина, посмотрела на распаленную литературную даму и ответила:
— Может быть у женщины каприз?
— И еще как.
— Чуть позже. А ваши интеллектуалы?
— У них все в голову ушло.
— У него тоже в головку, но в другую.
Дамы захохотали.
К Юрию с Ирой подошел Анохин.
— Вам хорошо, ребята?
— Очень, — искренне ответила Ира.
— Рад за вас. Юрик, ты не пьешь совсем.
— Мне еще дам везти в город, пошли на террасу, пошептаться надо. Ты меня прости, Ирина, я быстро.
Наташа сразу же засекла, что Ельцов и Анохин двинулись к дому.
Игорь и Юра стали у открытого окна. Наташа присела на ступеньки террасы под ними.
— Вот, Игорек, прочти, это дядька велел тебе передать.
Анохин прочел, помолчал.
— Пробить такую заметку можно. Но я должен знать суть дела.
— Тогда слушай, — Ельцов выбросил сигарету, и она упала Наташе на туфли. — Завтра в два часа…
Он пересказал весь план Игоря Дмитриевича.
В душе Наташи заиграла медные трубы победы.
Она победила.
Наташа тихо встала и растаяла в темноте.
Рудин ехал домой. Когда Гоша пригласил его на обмыв новой должности советника-посланника в Болгарии, он узнал, что там будет Ельцов, и доложил Михееву.
