— О-хо-хо, внученька, что же ты такая острая на язык, ад еще и против дедушки? Хочешь, я тебе леденца куплю?
— Лучше медовые яблоки! И… здравствуйте, маркиз Артур, и господин судья!
Мой дедушка растерянно приветствовал Афину, а вот судья, наоборот, не скупился на комплименты для нее и меня, и заявил:
— Порой так хочется вспомнить детство, и, пожалуй, я тоже возьму сахарную вату.
— У вас же проблемы с желудком, господин судья! — ехидно фыркнул Калеб, на что тот ответил:
— Ну, до вашей печени мне еще далеко!
Взглянув на дедушку, встретилась с холодными голубыми глазами, неуверенно улыбнулась, чувствуя, как внутри все неприятно сжимается, и протянула руку для рукопожатия.
— Элиана… дочь Надин.
— Я знаю, — маркиз раздраженно вздохнул, словно ему не понравились мои слова, и я испуганно замерла, но он в следующую секунду пожал ладонь, и его взгляд потеплел.
— Я Артур, маркиз Меридин. Отец Надин, — услышав это, не удержавшись, хмыкнула.
— И твой дедушка. Это наша первая встреча.
Воцарилось неловкое молчание. Хоть мы и были связаны кровью, но были чужими. Мы ничего не знали о друг друге, и даже не могли поддержать разговор. Это чувство огорчало. Хотя, а что я ожидала. Что сразу найду новый язык с дедушкой, и вместе с ними придут объятия?
— Не хочешь медовое яблоко?
Откровенно не хотелось, но так же не хотелось отказывать дедушке.
— С удовольствием бы попробовала.
Маркиз едва заметно улыбнулся, и, отошел, чтобы купить яблоки меня и себе, и, вернувшись, протянул одно из них. С благодарностью приняла его, и откусила кусочек. Сладость, смешанная с кислятиной. Поморщилась, хлопая глазами.
— Немного, но вкусно, — и я не лгала. Столь яркий вкус отталкивал меня, как сладкоежку, но… и хотелось еще раз попробовать, чтобы ощутить столь яркий вкус. Не желая долго молчать, я заговорила.
— Я получила через папу твое письмо с приглашением.
Маркиз удивленно вскинул бровь, и нахмурился.
— Письмо? Только одно?
— Вот как… теперь ясно, почему Пэрриш лично попросил его. Я отправлял много писем, Элиана. Но, похоже, они где-то затерялись.
Где-то в шкафу в мамином кабинете в коробке… Я знала про них, но не пыталась прочесть. Но с этим и проснулась обида.
— Если ты так хотел познакомиться, и знал, что мама не позволит твоим письмам дойти до меня, то почему не попытался встретиться? Да хоть перехватить меня на прогулке?
Дедушка молчал, опустив взгляд на сладость в руках, и без аппетита прикусил яблоко.
— Я не знал, что ты думаешь обо мне. что рассказывала Надин. Она вправе злиться на меня, и… называть меня кем угодно.
— Мама не упоминала о тебе, и всегда избегала вопросы на эту тему. Маркиз Арт… Нет, дедушка, что ты сделал, что мама так долго злилась на тебя?
— Все достаточно банально, — отозвался маркиз, не глядя на меня.