Автор
Она открыла глаза и вздохнула, словно оставаясь в продолжении кошмарного сна. Вокруг всё казалось странным и необычным — как будто мир вокруг начал меняться под её взглядом. Она чувствовала себя злодейкой чужого мира, где любые правила исчезли, а страх таился в каждых щелках двери....
После вытянула руки, рассматривая кольцо странной вязи на запястье, словно нанесённое фломастером на водяной основе.
Закрыла глаза, пережидая мимолётный накативший ужас.
Это было не ее тело. В память, полную темноты, словно вставили цветное, размытое фото ее далекой самоидентификации — армия веснушек, расселившихся от лба и до щиколоток, десятка два родинок и неистребимый загар. И она никогда не делала «тату».
Но едва она попыталась вспомнить больше, память выключилась, словно в голове повернулся невидимый глазу тумблер.
Где она? Да наплевать!
Кто она!
— Кто я? — спросила она, загнанно уставившись в полутемную комнату. — Что я такое?
Комната, разумеется, молчала, только в прорубленное тесное окно ломилось неяркое холодное солнце. Вязанные стены шли сплошняком, лишенные проемов и дверей.
Она забралась обратно в сиреневую траву, которая тут же спеленала ее, как ребёнка. Сколько она не напрягала память, та была по-прежнему пуста. Воспоминания рассыпались от малейшего касания, но страх не приходил.
Откуда, господи, она знает о префронтальной зоне? Она же имени своего не помнит!
Плетёная стена раскрылась, словно на гигантском свитере расползся продольный шов, и она автоматически сжалась, глядя вошедшего мужчину.
Она подняла взгляд на вошедшего мужчину.
— Ясмин, время лечебной паузы истекло, и ты должна встать. Мы очень зависимы от временного периода и нужно принять решение, двигаться дальше или вернуться. Тебе нужно принять решение.
Слово «тебе» он невольно выделил.
Имя «Ясмин» абсолютно ни о чем ей не говорило. Ум не проводил аналоговых параллелей.
— Ну же, Ясмин, поторопись. Я знаю, что ты здорова."
"Голос был приятным. Бархатным наощупь.
