Автор
В глубинах невиданных лабиринтов мироздания, известны вещи даже близкие не подозревают. Когда сама Надя влюблена в секретный Змеиный мох, а его обнаружил даже не он сам, кому оставаться вне игры? Это история любви и заговоров, где каждый шаг может быть последним.
Или, может, от «Черемшанин» латиницей. Спроси у Аркадия.
- Забываю. Ну и?
- Ну и подбил он меня на логиста поступать. Отец-то хотел, чтобы я железнодорожником стал, как сам. Но мне что-то не катило. А тут прямо звезды сложились. И универ путей сообщения, где у него друганы в приемной комиссии сидели, и все-таки не паровозы. И место рабочее прямо дожидалось. Работать еще на третьем курсе начал. Сперва у всех на побегушках, «мальчик, сделай кофейку и слетай за сигаретками». Дальше – больше, дальше – выше. Так до исполнительного и дорос.
- Он мне так и сказал.
- Он умный мужик, Денис. А главное – такой кремень. Как его по жизни било, врагу не пожелаешь. И не сломался. Все выдержал. Давай, вдругорядь.
Мы чокнулись, допили, и Слава снова показал бармену два пальца.
- Ну а ты? – спросил он, когда мы выпили в третий раз. – Как ты докатился до жизни такой?
Я долго рассказывал, как вырос на границе, как учился в погранинституте, как служил. И чем закончилась моя служба в Армении."
"- Сработала система. Пошли с бойцами на проверку. Мог не ходить – не мое дело. Но что-то как подтолкнуло: надо. Пришли на участок прозвонивший. Проволока порвана, на КСП[3] медвежьи следы. Говновопрос, можно идти пить чай.
- Вот это глаз, - недоверчиво покачал головой Слава.
- Это опыт. Ну ясно, не простые нарушители. Простые так не маскируются. Собака след взяла, идем. Двое разошлись. Проводник с овчаром по одному следу, я с прапором по другому. Не на нюх, конечно, видно в лесу, где человек прошел. Заметили издали. Прапор щенок еще, с ходу ломанулся хватать. А тот лось здоровый, с ножом. Чую, слишком просто, наверняка подстава, а что делать, надо выручать. Мой пацан – соплей перешибешь. Второй ждал в кустах. Полоснул по спине.
